Невеста эльфийских кровей

Глядя на этот шрам, на проступающие поверх него синяки, на тонкую девичью руку, такую беззащитную в его огромной лапище, Брент в который раз почувствовал себя неуклюжим и грубым солдафоном. Нет, он точно не приспособлен для такой деликатной миссии. Почему аэр выбрал его, а не послал одного из воинов-илитиири? За что ему это?

Шумно вздохнув, он отодвинулся, но продолжил держать ее за руку. Порез на подушечке мизинца был небольшой, но глубокий, кожа вокруг него распухла и покраснела. Видимо, девчонка по неосторожности вогнала в палец осколок стекла.

И кровь все еще не свернулась.

Он должен был это предвидеть. Должен был просчитать, что она не станет сидеть на одном месте, пока его нет.

– Давно? – глухо обронил мужчина.

Ринка почувствовала, как он осторожно ощупал ее пострадавший палец, и поморщилась. Ощущения были не из приятных, к тому же ее донимала пульсирующая боль. Но ругаться и наказывать супруг вроде не собирался, а потому она осмелилась уточнить:

– Эммм… – девушка на секунду задумалась.

– Ясно. Вот так больно?

Он надавил на порез. Острая боль пронзила Ринку, заставив отчаянно вскрикнуть и дернуться.

– Чшшш! Тише! – Брент успел удержать ее, одной рукой ухватив за плечи и прижав к своей груди. – Тише. Кажется, там застрял кусочек стекла. Он маленький и очень глубоко, я не смогу вытащить его пальцами. Тебе придется еще потерпеть.

Последнюю фразу он пробормотал другим тоном.

Это заставило Ринку напрячься.

Казалось, мужчина рядом с ней испытывает неловкость.

Да она и сама не знала, кто он для нее. Спаситель, которому она обязана жизнью? Или что-то другое?

Возможно, сейчас самый удобный момент, чтобы узнать. Пока они сидят так, прижимаясь друг к другу, и он держит ее ладонь с такой осторожность, словно боится разбить…

Тепло и влага чужого рта обволокли ее палец. И снова, как в прошлый раз, это прикосновение заставило девушку испытать странное чувство.

Она отпрянула, выдыхая через рот. Сильная рука удержала, не давая сбежать.

Брент держал крепко, но осторожно. Кончик его языка проник в ранку, раздвигая ее края.

И спустя секунду Ринка почувствовала, что болезненная пульсация почти исчезла.

– Ну вот, теперь можно резать, – произнес мужчина удовлетворенным тоном.

– Что? Зачем? Не надо резать! – пролепетала, задыхаясь от ужаса.

Она забилась в его руках.