Услышав, как открылась дверь, она быстро зарылась в простыни.
— Милорд?
Это был Финкл, денщик Дугласа.
— Уходите!
— Миледи? Это вы? О Боже. Простите меня. О Боже.
— Финкл, это ты?
— О, милорд, простите меня, но я думал, что здесь вы, а оказалось, что она…
— Неважно. Ты здесь ни при чем. Лучше принеси мне воды для купания. И не забудь постучаться, когда вернешься. Ее милость еще не разобралась, где ее кровать. Она пока плохо ориентируется в расположении наших комнат, и я заверил ее, что все прекрасно это понимают и не придают никакого значения.
Когда дверь закрылась, Дуглас посмотрел на вновь закутанную фигуру в глубине постели. Теперь была его очередь смеяться, что он и сделал. Она забилась еще дальше.
— Можете вылезать, — весело позвал он ее. — Финкл уже ушел. Теперь представляете, что я почувствовал?
— Это еще хуже. Мужчинам все равно, увидят их или нет. Они не страдают застенчивостью.
— Я полагаю, вы сделали это заключение, основываясь на своем богатом опыте? Ну ладно. Привыкайте к тому, что я буду смотреть на вас, когда пожелаю.
Ну а что до бедного Финкла с этими его “о Боже”, то вы с ним могли бы петь дуэтом. Вылезайте, ваша горничная принесла воду.
Она вылезла и пошла в свою комнату, одеяло тащилось за ней, как шлейф подвенечного платья. В дверях она остановилась:
— Я буду мыться сама, Дуглас.
— Ну уж нет, я должен сам убедиться, что с вами все в порядке. Моя вина в том, что вам было больно. И пусть это неизбежно при расставании с девственностью, я все равно несу ответственность за это.
И позабочусь о вас.
— Лучшее, что вы можете сделать, это уйти. Я все равно не позволю вам этого. Это уж слишком. Дуглас нахмурился:
— Неужели вы так скоро забыли, что я сделал с вами прошлой ночью, мадам? Вы уже забыли, как вскрикивали от наслаждения? Я и тогда наблюдал за вами. Сейчас другое дело. Ведите себя тихо.
— Нет, — воспротивилась она. — Ночью было темно. Вы сказали, что кровь — это естественно?
Он уловил страх в ее голосе и постарался успокоить:
— Да. Мне следовало предупредить вас, но.
., виноват.
Он нахмурился, вспоминая свое поведение прошедшей ночью. Все было не так. Вместо того чтобы сделать все спокойно, последовательно и не теряя рассудка, он вконец обезумел, думая только о том, чтобы скорее получить собственное удовлетворение. А потом, не в силах остаться с ней после такого провала, убежал от нее.
— Уходите, Дуглас.
Он набрал тазик воды и поставил его на тумбочку возле кровати. Положил рядом мочалку. Потом обернулся к ней.
