Невеста по пятницам, или Семь пятниц на неделе

Святой отец понимающе кивнул:

– Дети мои, объявляю вас…

Кем именно, объявляет их настоятель, договорить ему была не судьба. Вечернюю тишину за окном вдруг взорвал выстрел. Выстрел! Сердце начало стучать радостно и неровно, захлёбываясь хмельной надеждой, что прибыла помощь. Настоятель вздрогнул и предусмотрительно замолк, быстренько засеменив к стенке. В следующую секунду окно распахнулось и в проёме показалось ружьё, которое нежным басом гаркнуло:

И хоть генерал никуда и не шёл, но почему-то быстро догадался, что вопрос адресован именно ему.

Однако вместо ответа, развернулся и бросился к двери. Если он надеялся таким образом спастись, то зря. Дверь открылась ему навстречу, припечатав по лбу. Следующим на его лоб опустился кулак. Двойного удара дубовый лоб генерала не выдержал. Вернее, лоб-то выдержал, но сам генерал отлетел к противоположной стене, прямо в ноги побледневшему настоятелю. За дальнейшую судьбу Дидье Николетт была спокойна. Им уже занялась влезшая в окно Дороти с ружьём, и Филимон, который показался в оконном проёме вслед за ней.

Николетт же во все глаза смотрела, как в комнату входит её спаситель. Возмутительно красивый в своём гневе. Со взъерошенными волосами и горящими глазами. Сердце рвалось к нему навстречу. Он в три гигантских шага подскочил к ней. А в следующее мгновение она уже оказалась в его крепких надёжных руках.

– Тео, ты успел, – выдохнула она. – Меня чуть было не сделали женой Дидье…

– Пусть радуется, что я успел, – усмехнулся Теодор, – а то пришлось бы сделать тебя вдовой.

Глава 52. Зонтик от солнца

Дороти от души приложилась по дубовому лбу генерала прикладом, а потом отошла на пару шагов и взяла на мушку. А Филимон принялся его обыскивать. Оружия не нашёл, но обнаружил фамильный перстень, который вернул Теодору.

– Тройная кража: картина, леди и перстень, – хладнокровно констатировал дворецкий. – Думаю, на присяжных это произведёт должное впечатление.

Николетт наблюдала за происходящим, находясь на руках Теодора. А это, оказывается, самое удобное место, чтобы созерцать мир: тепло, уютно, безопасно.

Она уже соскучилась по этому сладкому чувству – безопасности, и совсем не отказалась бы провести в таком положении хоть всю жизнь, но вскоре ей пришлось перекочевать с рук Теодора на сиденье кареты.

– Тебе лучше отправиться в замок, – ласково шепнул ей Тео. – А я останусь караулить Дидье. Дождусь констебля и стражников, передам им генерала, а потом вернусь. Я уже послал за ними людей в ближайший городок.