Невыносимый

 – Привет, – целую его в щеку.

Не в первый раз так делаю, но каждый раз в синих глазах мелькает… нет, не удивление, но словно неверие.

– Зато в таком случае точно по шлюхам ходить не буду, только рядом с тобой, круглосуточно буду валяться, – отзывается Игнат, не позволяя отодвинуться. – Какой-то неубедительный у тебя «Привет» вышел. Давай еще разочек, м? – шепчет мне в губы.

Не отвечаю. Просто снова поднимаюсь на носочки и целую. Как он просил. Со всей нежностью и лаской, какую только испытываю к нему. Вряд ли он в полной мере понимает, насколько откровенна я сейчас в своих действиях.

Я и сама едва ли это осознаю. Так много различных эмоций он во мне вызывает. Всегда вызывал. С первого мгновения, как я увидела его входящим в тот клуб. Темный ангел, окутанный пороком и грехом. Искушение во плоти. В каждом шаге. Жесте. Взгляде. А я – та самая бабочка, летящая на пламя его обжигающей души.

Все это ощущается ярче, когда его горячие ладони забираются мне под свитер, сжимаются вокруг моей талии, прижимая ближе к себе, настолько плотно, что я уже не различаю, где я и где он.

Есть только мы.

Хотя в чем-то мужчина прав, говоря о том, что худшее, что со мной могло случиться – это он сам. Не прав в другом. Я никогда себе не лицемерила. Прекрасно понимала с самого начала, какой он человек и на что я себя обрекаю, делая выбор в его пользу. И что легко с ним совсем не будет. Как и то, что хранящийся в моей памяти образ мало соответствует действительности. Хотя мне все больше начинает казаться, что именно он является самым верным.

Глубоко спрятанным им самим. Тем, о котором давно позабыл. И мне очень хочется вытащить наружу все скрытое в нем. Чтобы не только я, но и он сам увидел себя другим. Прежним? Ведь он гораздо лучше, чем хочет казаться для всех, потому что так проще, по его мнению. Вот и тянусь к нему вновь и вновь, вкладывая в наш поцелуй все то, что переполняет и бурлит во мне по отношению к нему. Чтобы чувствовал вместе со мной эту потребность не только брать, но и отдавать.

Ответ не заставляет себя ждать.

Привычно наглый и жадный, отрубающий сознание напрочь. Алчный. Ненасытный. Не целует – пьет мое дыхание, мои эмоции, как тот же вампир. А я и не против. Делюсь с ним всем, в чем он так нуждается. Отдаю всю себя без остатка. И кажется, мы немного увлекаемся, потому что в себя я прихожу сидящей на перилах и от покашливания Григория. Как и только теперь замечаю, что давно уже не держу ни ошейник собаки, ни пиджак, а обнимаю мужские плечи.