Ты не врала… Нет…
Он впивается в меня черным полубезумным пробирающим до костей взглядом и медленно-медленно поднимает руку."
"Ведет пальцами по моему лицу. Его рот кривится, как у маленького обиженного мальчика, который вот-вот заплачет.
Но с губ срывается вовсе не плач, а тихий вой. Вполне себе взрослого, сломленного человека. И видит бог, в моей душе слишком много боли. Той боли, что я сама с трудом выношу. Но я мужественно держусь, стоя посреди этого безумия. Потому что кому-то из нас надо выстоять.
Пусть сейчас это буду я.
— Все будет хорошо, Кит. Мы справимся. Ты справишься.
— Правда?
— Я в тебя верю.
Опускаю голову, касаюсь лбом его взволнованно вздымающейся груди и чуть крепче сжимаю руки. Молчим. Только наши сердца стучат, постепенно синхронизируясь.
— Я даже ненавидеть его не могу.
— Вот и не надо. Лучше есть пойдем. Я такую вкуснятину приготовила.
— Правда?
— Ты два часа этих монстров мочил.
— Дерьмо! А Женька… Где Женька?!
Ну, вот, наконец, Кит пришел в себя.
— Накрывает на стол. Я попросила помочь мне.
— У меня есть сын, Ева. У нас с тобой есть сын.
— Да, Кит… У нас есть сын. Только ты, пожалуйста, ничего ему пока не говори.
Кит не спрашивает, почему. Все и так понятно.
— Когда-нибудь я все равно скажу ему правду.
— Когда-нибудь. Когда он станет старше и сможет это понять.
— Хорошо.
— Хорошо… И, Кит…
— М-м-м?
— Ты что, правда хотел встречать Новый год без елки? Поверить в это не могу…
Глава 26
Кит. Настоящее.
Слез больше нет.
И моя впечатляющая истерика позади тоже. Осталась лишь тупая давящая боль в груди. Моргаю. По полу и потолку скользят неспокойные тени. Уже не такие темные, как еще каких-то пару часов назад. За окном бледным рассеянным светом занимается новый день. И я надеюсь, что у меня на душе когда-нибудь тоже станет светлее. Я очень на это надеюсь… Но пока кажется — эта ночь навсегда.
Знаете, я ведь действительно поверил тем сплетням. Ну… О Еве и об отце. Я был молодым и глупым. Совсем маленьким меня бросила мать, и мое недоверие к женщинам, наверное, даже было оправдано.
Так почему же я себя оправдать не могу? Сейчас… по прошествии стольких лет?
Встаю. Выхожу из комнаты. Хочется выпить, но понимаю, что сейчас для этого не самое лучшее время. Ева и Женька в опасности. И хоть я уже придумал довольно неплохой план, как их защитить, расслабляться один черт не стоит.
У двери в гостевую спальню притормаживаю. Меня тянет туда магнитом.
