Никто, кроме нас!

Выплюнул, явно неудовлетворенный вкусовыми качествами прокуренных волос. И вдруг выдал:

– Слушай… Ты вот говоришь – часть четвертая… А я вот сейчас подумал… А если это действительно пацаны?

Громов даже отшатнулся на стуле. Усмехнулся:

Ботушев покачал головой:

– Тихо, об этом не будем, – атаман поднял руку. – Я все это знаю. Знаю, знаю, знаю и даже понимаю. Потому что подобрать, грубо говоря, автомат и начать палить во врага может любой. И сведения собирать может любой.

Любой, у кого храбрости и ума хватает. Но тут-то – совсем другое! Совсем!!! Ты читал, как они ударную группу амеросов отделали? – В голосе атамана послышалось искреннее возмущение.

– Слушай, – не выдержал Ботушев, – ну впечатление такое, что амеросы тебе родственники!

– Ты… ты вот что! Ты не того! Эта группа утопила весь Черноморский флот без особого напряжения! А тут – крейсер и эсминец уволокли в Трабзон чиниться, у них даже хода своего не было.

На авианосце сгорел самолет и еще какие-то повреждения. И еще трем кораблям снарядами с крейсера, которые при пожаре разлетались, тоже нанесены повреждения, но мелкие. Диверсия, однако, – ехидно сказал он, успокаиваясь.

– Между прочим, пока они «Уиггинс» буксировали – он у них взял и утонул. А «Крэнстон» привели без носа по самую палубную надстройку, – добавил Ботушев. – Последние сведения…

Громов тяжко вздохнул:

– Меня из-за Урала сообщениями уже задолбали: кто там у вас так отличился?! А я им что отвечу?! «Не знаю, братья, воюет кто-то…» Ладно.

Пусть. С этим я смириться готов. Но у эсминца в борту дырка была – два на три. Автомобиль пройдет. Это они что – тоже пацаны из рогатки стрельнули?!

– Вот что интересно… – Ботушев бесцельно передвинул на столе бумаги. – Позавчера прилетал Гарба. У них в отрядах какой-то пламенный юродивый объявился. Ходит и распространяет воинственно-патриотические слухи об ангелах господних, которые на его глазах сожгли небесным огнем американские корабли.

Абхазы верят… Кто некрещеный был – массово крестятся, даже грузинам на ту сторону кричат, что они против бога идут… Ну ладно, я пойду?

– Иди, – Громов кивнул. Глядя в пустую кружку, пробормотал: – Ангелы господни… хм.

Фронт стал отползать 17 июля.

Конечно, никто нам не сообщал об этом персонально.