Мы это… мы… — бедолага Хитч совсем лишается речи, глядя на правителя с почти суеверным ужасом.
— Это я попросила меня подстраховать, — вмешиваюсь, вызывая огонь на себя, так сказать.
— Ты? — через паузу. — Вы? — переспрашивает регент.
— Да, я, — подтверждаю, получая загадочный взгляд черных глаз.
— Хитч, выведи мою охрану отсюда и приведи дознавателей. Для них есть работа. Мне очень интересно, кто это у нас такой умный, что смог воссоздать аромат истинности.
Арвия принимается еще громче рыдать и кататься по полу в показном раскаянии.
Очень надеюсь, что ей это не поможет.
— Я, пожалуй, пойду. Дальше уж как-то без меня, — говорю, вспоминая о своих рабочих обязанностях. Времени прошло совсем немного с момента моего отсутствия, но дети такие дети, мало ли что придумают, если меня долго не будет.
— С вами я бы тоже хотел поговорить, — останавливает меня регент.
— Конечно. Мне тоже есть, что спросить и рассказать. Но давайте позже, ближе к вечеру?
— Хорошо, — кивает мужчина и отпускает мою руку, о которой, кстати, я совсем забыла.
Получается, мы перед всеми стояли, взявшись за ручки?? О-о-однако.
Чтобы ненароком не вляпаться еще во что-то, быстренько шмыгаю из королевских апартаментов и устремляюсь к детям. Они, кстати, оказываются большими молодцами. Играют себе тихонько. Грэм рисует на теле Даши разные фигурки и линии, а малышка радостно хихикает и все порывается попасть пальчиком в баночку краски. Тот факт, что мне придется ее долго и упорно отмывать сейчас вообще не волнует.
Вот если бы они эти краски пили, из-за того, что меня долго нет, тогда да, пришлось бы встряхнуться.
— Привет, мои хорошие, — посылаю детям стоваттную улыбку. — Как вы тут без меня?
— Все хорошо, — отвечает Грэм, усмехаясь. — Учитель рисования разрешил мне сегодня обойтись без мольберта.
— Чудесно. Что у тебя дальше по урокам?
— Сейчас будет математика, потом перерыв на обед и после него — гончарное искусство.
— Ух ты, а можно будет и мне что-нибудь сделать? Я всегда мечтала попробовать лепить из глины, — тут же загораюсь восторгом.
— Думаю, госпожа Рипс возражать не будет, она вообще очень милая пожилая леди, — отвечает Грэм как-то спокойно и очень даже доброжелательно.
— Знаешь, что я заметил? — продолжает мальчик.
— Что?
— Ты последние два дня очень оживленно себя ведешь.
— Да? Мне казалось, я никогда не хожу сонной мухой, — пожимаю плечами.
— Нет, я не о том, — Грэм замолкает, подбирая слова. — Ты стала более эмоциональной.
