Ночь со зверем

А я не смогла сдержать судорожного выдоха.

В четыре руки мы справились быстрее, и я была даже благодарна Уиллу, что он оказался рядом. Рана была ужасной, воспаленная кожа по краям выглядела пугающе, но Уилл орудовал ножницами и бинтами так мастерски, что становилось понятно — не в первый раз он видит это все и имеет с таким дело.

Когда закончили, я, не взглянув больше на Зверя, вышла из комнаты и направилась в кухню. Уилл последовал за мной.

— Ему точно не надо в больницу? — обратилась к нему, когда тот вошел в кухню.

— Давай я дам тебе номер дока? — перебил он мой поток слов.

— А сам? — растерялась я.

— Я доверяю доктору, а ты — нет. Имеешь право.

— Ну кто я Эйдану? — моргнула растерянно.

— Ты — его все, — сообщил Уилл таким тоном, будто я нерадивая ученица. — Вроде умная девочка, а все никак не разберешься. Хотя сегодня было впечатляюще…

Я хотела огрызнуться, но в кухню вошел Эйдан. В простых домашних штанах и белой футболке, и такой бледный, что его черные глаза блестели.

— Тебе понадобится много обработки, чтобы на фото сделать его здоровым, а меня — умной, — проворчала я и вышла из кухни.

Я слишком заметно выдохнул и опустил плечи, когда Айвори ушла. И сразу же попал под настороженное внимание Уилла.

— Тебе совсем плохо?

Я промолчал. Меня порядком достали эти прощупывания на каждый вздох.

— Соберись, пожалуйста, с мыслями, — прошел к кофеварке. — Ты будешь входить в курс всех дел, и времени у нас мало.

— Ты можешь со мной перестать спорить? — повернул к нему голову, надеясь, что взгляд достаточно убийственный. — Мне нужно быть уверенным, что ты сможешь подхватить дела. И у тебя на почте документы по Айвори.

Он замер, глядя на наполняющуюся чашку.

— Перезвони Гранту, — отозвался вдруг. — Он правда почему-то о тебе переживает…

Я проследил за ним, пока он удалялся из кухни, вспоминая странные слова Сезара о том, что я не должен пропасть без вести… тоже. Чашка уже давно была полной, а я все ковырял эти его слова и то, как они отзываются во мне.

— Черт, — процедил, когда рука дрогнула, и кофе выплеснулось на кожу.

В этот момент мимо кухни проскользнула Айвори, но восторженный писк ребенка разрушил ее планы остаться незаметной и мои — не заметить. Я только прикрыл глаза, сжимая кулаки. Рука болела недостаточно сильно, потому что жажда выжигала внутри все гораздо болезненней. Каждое ее касание оставляло на коже шрамы.