Об исполнении доложить

Сомов вывел своих людей из хаты Лешиной сестры, дал команду: «По местам!» Каждый из десяти хорошо знал, что ему надо делать, где следует находиться, куда, в случае непредвиденных осложнений, уходить, какие меры предпринимать для круговой обороны.

Сомов с Лешей дежурили в развалинах бывшего промтоварного магазина, черневших бесформенной горой наискосок от особняка.

Около двадцати двух часов сменились наружные патрули. Около двадцати трех — вернулся черный лимузин. В двадцать четыре часа сменился часовой внутри двора, и почти сразу же погас свет в доме.

Николай Лаврентьевич и Леша перебрались из своего укрытия на угол тихой улочки рядом с особняком. По тротуару медленно брели два патруля в тяжелых плащах. Капюшоны натянуты на голову. На противоположном конце улочки патрулей ждала засада. Но они до нее не дошли. Остановились у калитки. Один из солдат постучал ногой. Калитка открылась, пропустила патрулей.

Сколько они там пробудут?

Мокрый холод постепенно сковывал застывших в томительном ожидании Сомова и Лешу Соловья.

Да сколько же можно им там гостить!

Впрочем, патрули отсутствовали всего несколько минут. Калитку несколько раз толкнули изнутри. Но дерево набухло, калитку заклинило. Сомов готов был броситься к неуклюжим патрулям на помощь: «Снизу! Снизу надо толкать, а не сверху! Ну и олухи!»

Калитка подалась. На улицу вышел человек в тяжелом длинном плаще. Затем еще один. Они направились в противоположную от Сомова сторону, как раз к поджидавшей их засаде.

Нетерпение заставляло нервничать. «Что там у наших?» Тихо на темной улице, лишь шуршит мелкий дождь по крышам и тротуарам, по голым деревьям, по спинам ссутулившихся людей.

И вот — наконец-то! В тупике три раза блеснул фонарик: «Все в порядке». Затем появились два «патруля». Вначале один поднял руку, затем второй.

— Наши! — хрипловато, с натугой прошептал Леша Соловей.

Николай Лаврентьевич понял, что паренек волнуется не меньше его самого.

Одним духом перемахнули улицу и очутились возле высоких тесовых ворот.

Двум переодетым в немецкие плащи партизанам и Сомову с Лешей предстояло проникнуть во двор.

Леша постучал ногой в ворота. Потом еще раз.

Заворчал, видимо, ругаясь, часовой по ту сторону забора, приоткрылась калитка. Один из «патрулей» схватил часового за грудки и рывком вытащил на улицу. Тот успел только натужно кхекнуть. С часового сняли плащ. Его надел Сомов.