Об исполнении доложить

Но надо было вывести их в поля, в перелески, взять под особый контроль небо и тщательно следить за самолетами, пролетающими ночью, и при малейшем подозрении сообщать немедленно в органы милиции и НКВД.

Когда мы с капитаном Копейкой прикинули, как все это лучше и проще сделать, он сказал мне:

— Вспомнил, товарищ полковник, один факт. По-моему, именно такой, какой вы ищете: необычный, но пустяковый, зряшный. На окопах работает жена того самого Сугонюка — чухлаевца…

— Бывшего чухлаевца, — уточнил я. — Сами же говорили: контужен, значит, Родину защищал.

— Черного кобеля не отмоешь добела, — отмахнулся капитан. — так вот, наш оперработник обратил внимание на лямки ее «сидора», они сделаны из стропы немецкого парашюта. «Где взяла?» Говорит: «Выменяла на светловском базаре за кусок хлеба. Свои лямки порвались, вот и выменяла у какой-то тетки». Базар наш — при вокзале, — пояснил капитан. — Народа проезжего тьма-тьмущая.

Факт был действительно пустяковый.

— А вы убеждены, что лямки из стропы немецкого парашюта?

— Искусственный шелк.

— Можно посоветоваться со специалистами. Но наш оперуполномоченный увлекался до войны парашютным спортом. Правда, ему на этом поприще не повезло, сломал ногу и чуточку охромел.

Я продолжал задавать вопросы:

— Допустим даже — стропы от немецкого парашюта, ну и что из этого? Купила.

— Так я же, товарищ полковник, сразу предупредил: факт необычный, но пустячный…

— Давайте, — предложил я, — исключим всякую случайность, познакомимся с владелицей необычных лямок.

Окопы рыли на правом, крутом берегу Светлой и на левом — низменном, густо поросшем сосной, а кое-где дубом. Мальчишки, девчонки, женщины… Человеческий муравейник. Молчаливые, злые. Это от душевной и физической усталости. Тысяча с лишним километров от государственной границы, а поди ж ты, и здесь врага ждут.

Грунт песчаный, но он пророс корнями. Не лезет лопата — берутся за топор.

На окопных работах, пожалуй, нагляднее всего видно, что на защиту страны встали все — от мала до велика.

Я подумал о своем старшем сыне Константине, который тоже «мантулил», как говорят шахтеры, землю где-то на строительстве подмосковных оборонительных сооружений.

Казалось, невозможно найти кого-то в этом человеческом муравейнике, но капитан Копейка знал, где работает Надежда Степановна Сугонюк, видимо, он предусмотрел нашу поездку и собрал необходимые сведения.