Обаятельное чудовище

— Если ты не принесешь послезавтра мои деньги, — спокойно говорит он, — то я расскажу твоему приятелю, кто ты, и чья ты подстилка, ясно?

Его слова заставляют меня пошатнуться.

— Он узнает, что трахает грязную, продажную шмару. — Стас бросает взгляд через мое плечо. Наклоняется и говорит прямо в ухо: — Как думаешь, ему понравится эта новость? Он будет также нежен с тобой?

Парень скалится, смеясь. Выпрямляется и оглядывает меня с видом победителя, а я никак не могу прийти в себя. Меня словно ледяной водой окатили.

— Улыбнись ему, ну. — Говорит Стас.

Я оборачиваюсь и вижу Тима, который стоит с ребятами у барной стойки и с интересом смотрит в нашу сторону.

— Не зря я за тобой наблюдал всю неделю, да? — Продолжает сын моей мачехи.

Я поворачиваюсь к нему, и мои пальцы сами сжимаются в кулаки.

— Так что решай, — довольно произносит он, — бабки или твой трахаль.

Стас разворачивается и уходит, а мне приходится перевести дух, чтобы обернуться и пойти к друзьям.

— Кто это? — Спрашивает Тим, когда я сажусь на высокий стул рядом с ним.

— Это так. — Говорю сдавленным голосом. — Никто. Старый знакомый.

Ребята смеются, и Левицкий тоже пребывает в хорошем настроении. Он быстро забывает о том, что я только что говорила с кем-то в клубе. Тим шутит, толкает меня плечом, смеется. Они все весело обсуждают что-то, а я их не слышу.

— Наверное, я пойду. — Говорю тихо. — Простите, ребята.

Слезаю со стула и на негнущихся ногах иду к служебному выходу. Тим привычно догоняет меня уже у самого кабинета. Сначала я слышу его торопливые шаги, а затем он подхватывает меня на руки и прижимает к груди. Боже, на его лице такое необъятное счастье, что у меня все внутренности стягиваются узлом!

— Ты куда так сорвалась? — Смеется он, толкая дверь кабинета и внося меня внутрь.

Его дыхание щекочет шею, и мое бедное сердце пропускает сразу несколько ударов. Я так не могу. Не могу…

Мой голос звучит хрипло. Мне хочется остановить его, пока не стало совсем поздно.

Левицкий опускает меня на пол и радостно притягивает к себе.

— Я так больше не могу. — Выдыхает он. — Не могу, Марта. Я хочу целовать тебя на виду у всех. Понимаешь? Хочу! Я целый день ждал вечера, чтобы сказать тебе кое-что…

Но я не даю ему договорить.

— Подожди. — Прошу.