Обаятельное чудовище

Пытаюсь отстраниться, но Тим не выпускает меня из своих рук. — Тим, я хочу быть с тобой честной. Я… — Когда он замирает, у меня пересыхает во рту. — Я могу предложить тебе только то, что у нас уже есть сейчас. Но не больше. Извини.

Его руки падают вниз. Он потрясенно молчит.

— Извини, Тим. — Шепчу я.

— Что это значит? — Левицкий, наконец, обретает дар речи. — Я не могу понять…

— То есть… — Хмурится он.

Я делаю шаг назад. Пячусь спиной к двери.

— Уау… — шумно выдыхает Тим, отшатываясь от меня. — Уау… — повторяет он, тряся головой.

— Я, наверное, пойду. — Мой голос предательски дрожит.

— Уау, — смеется он, взъерошивая свои волосы.

Моих сил хватает лишь на то, чтобы развернуться и уйти.

Она уходит, а я продолжаю, смеясь, хватать ртом воздух. Не могу поверить в то, что только что услышал. Так мне и надо. Сработало отрезвляюще — точно щелчок по носу.

«Я могу предложить тебе только то, что у нас уже есть сейчас». Смешно. Но разве не этого я хотел? Чтобы девушки не грузили меня темой отношений, чтобы не предъявляли на меня свои права.

Разве не я сам всегда всячески избегал привязанности к кому-то? Тогда почему сейчас так противно? Так горько. Одиноко…

И ведь стоило только дать слабину! Поверил, впустил ее в свое сердце. Решил проверить, смогу ли? А вдруг? И сам почти поверил в то, что у меня может получиться с кем-то гораздо большее, чем просто перепих без обязательств…

На меня нападает дикая ярость. Мне хочется перевернуть диван, на котором мы трахались. Хочется разбросать стулья, расколотить в щепки стол, на который сам не так давно усаживал Марту.

Мне жизненно необходимо уничтожить все, что о ней напоминает! Но вместо этого я обессиленно падаю на диван, закрываю руками лицо и тяжело дышу.

Почему так гадко? Почему воздух застревает в горле?

Это же то, чего я когда-то хотел, разве нет? Чтобы ярко, страстно, с огоньком и только когда мне захочется. Захотел — поманил, увел за собой. Захотел — выставил за дверь и отправился за следующей. И так, чтобы потом плевать было, с кем она проводит свое свободное время.

И чтобы она голову не кружила своими претензиями и упреками.

Все честно, просто, открыто. Встретились, подарили друг другу несколько приятных минут или часов и разбежались с легким сердцем.

Но с Мартой так не получилось. С ней все по-другому.

Впервые мне хочется сделать женщину своей без остатка. Чтобы ее тело — мне. Ее время — мне. Ее мысли, улыбки, желания — все обо мне и мое. Чтобы ни с кем не делить ее и платить ей тем же.