Обаятельное чудовище

Чтобы не отпускать никогда. Ни на шаг…

Я не понимаю, почему весь дрожу. Почему в груди словно черная дыра зияет. И холодом оттуда веет. Гробовым таким ледяным ветром, от которого руки и ноги жутко сводит.

— Уау… — Зачем-то произношу я еще раз в полной темноте.

Как будто от этого что-то изменится или я вдруг смирюсь с положением вещей.

Ловлю себя на мысли о том, что прислушиваюсь к любым звукам в коридоре. Потому что хочу услышать ее шаги. Мне жизненно необходимо, чтобы Марта вернулась и сказала, что все это ее очередная шутка.

Но этого так и не происходит.

Руки привычно шарят по карманам в поисках сигарет, но карманы оказываются пустыми. Я больше не курю. И это тоже было только ради нее. Вообще, все, что делалось ради нее, проходило легко и просто. Видимо, когда любишь, менять что-то в своей жизни бывает проще простого. Лишь бы было желание. А когда есть ради кого меняться, проблем не возникает.

Вот это эпичный фейл, вот это лажа…

А что я хотел? Я же ничего не знал о ней. Это меня и привлекало. Обычная девчонка.

Ничего особенного. Наверное, именно загадки ее характера, желание разгадать ее мысли и стали причиной моего к ней интереса?

«Она никто» — звучит в голове. И я до боли снова сжимаю зубы.

Похоже, это расплата за все, что я делал в своей жизни. За то, как поступал с девушками, зная, что причиняю им боль. За мое равнодушие ко всем, кто когда-то был рядом.

Именно поэтому мне сейчас так хреново, что почти выворачивает наизнанку. Поэтому мне не хочется жить.

Я встаю, решая, вернуться ли в клуб к друзьям или поехать домой.

Выглядываю в окно и вижу, что мой байк одиноко стоит на служебной парковке. Прекрасно. Я легко переживу это. Марта — всего лишь кратковременное помутнение рассудка. Пара вечеринок, бутылка хорошего виски, дорогой табак, несколько красивых девушек, и через неделю я даже не вспомню ее имя.

Все, что не делается, все к лучшему. Чуть не оступился — теперь буду умнее.

— Тим! — Окликает меня Дашка, когда я выхожу в коридор.

— Что, Киса? — С удовольствием примеряю на лицо привычную ухмылку.

— Где вы потерялись? Мы еще полчасика и по домам!

Подхожу к ней, беру за талию и веду к служебному входу в клуб.

— А где Марта? — Пытается оглядываться Дашка.

— Да черт ее знает, — улыбаюсь я, притягивая ее к себе, — мы веселимся или нет?

Ласточкина пытается что-то увидеть в моем лице, пристально вглядывается в глаза. Но в моем взгляде пусто. Точно так же пусто, как было много лет до этого. Я снова закрыт ото всех. Общий и ничей.