Обольститель и куртизанка

Он ждал вспышки гнева, но хриплый от пролитых слез голос Оливии звучал безжизненно:

Недоуменно нахмурившись, Эрит вгляделся в ее лицо. Она и не думала лукавить.

— Я был беспечен, а ты не пользовалась своей мазью. Последствия могут быть ужасны.

Так ли уж ужасны? В душе Эрит в этом сомневался.

Боже, должно быть, он сошел с ума. Зачем сорокалетнему мужчине беременная любовница? Он и законным детям не сумел стать хорошим отцом.

— Не волнуйся, ребенка не будет, — с горечью произнесла куртизанка.

— Ты не можешь этого знать.

Закусив губу, Оливия попыталась вырваться.

— Я знаю. — В ее голосе появилась знакомая твердость, но следы слез на щеках напоминали о слабости. — Я не принесу тебе в подоле ублюдка через девять месяцев. Можешь спокойно уезжать.

Как ни печально, Эрит уже знал, что ему едва ли удастся спокойно уехать, оставит ли он Оливию беременной или нет.

За ее язвительностью и резкостью скрывалось страдание. Неизбывная печаль, далекая от горьких переживаний, которые доставил ей Эрит этой ночью.

Горе, слишком глубокое для слез.

— Почему ты так уверена?

Потрясенный Эрит на мгновение замер. Он должен был догадаться намного раньше. В который раз эта женщина приводит его в замешательство, а всему виной его непонятливость.

— Лео твой единственный сын?

— Нет, мое потомство рассеяно повсюду, от севера до юга Британии, — с издевкой бросила Оливия. Она снова сделала попытку вырваться, но Эрит держал ее крепко.

— Расскажи мне о Лео.

— Иди к черту, Эрит! — Глаза ее гневно вспыхнули.

Губы Оливии сжались в скорбную линию, резче обозначились скулы, подбородок стал тверже. Удивительно, как ее черты, каждая из которых казалась почти мужской, складываясь вместе, создавали восхитительно женственное, полное очарования лицо.

Оливия заговорила быстро, с оттенком раздражения, словно терпение ее было на пределе.

— Я не слишком хорошо сложена для материнства.

Резким движением она вывернулась из рук Эрита и соскользнула с кровати.

На этот раз граф не сделал попытки ее остановить. Он обдумывал, что могут значить ее слова. Оливия прошествовала к изящно инкрустированному гардеробу, ее спутанные волосы сверкающей гривой рассыпались по плечам. Она двигалась плавно, как горделивая молодая лошадка. Длинные ноги, прямая спина, непринужденная грация.

— Других беременностей не было?

— Почему ты никак не оставишь меня в покое?! — Гневным жестом Оливия распахнула дверцу шкафа.