Оборотень

Последние его ценили за то, что он был способен подыскать хату с добром, а то и найти наводчика, который за небольшой процент сумеет не только сказать, когда хозяина не будет дома, но и в каком месте лучше всего искать сбережения.

Перерождение простоватого Тимохи в хитрого и безжалостного полковника МГБ казалось не правдоподобным.

– И что же ты предлагаешь. Шельма? – спросил высокий статный старик.

Все знали его как Цыганка, – возможно, такое погоняло этому вору дали из-за курчавой шевелюры, сильно поредевшей на макушке и поседевшей на висках, а возможно, из-за того, что в молодости Цыганок, по слухам, был влюблен в молдаванку невероятной красоты, которая подарила ему трех отпрысков.

Цыганок, как и всякий вор в законе, не признавал брака и семьи, зато никогда не оспаривал своего отцовства и гордо заявлял, что по всему Союзу можно отыскать три дюжины пацанят, которые имеют точно такую же физиономию, как у него.

Каждый, кто слышал это бахвальство, невольно улыбался.

Все дело было в том, что Цыганок отсидел на зонах почти полвека и для налаживания семейного благополучия у него от силы набиралось каких-нибудь года три.

Но незаконнорожденные дети всегда придавали веса пахану, а потому ни один вор не отказывался от ребенка даже в том случае, если сомневался, что дитя зародилось от его семени."

"– Что я предлагаю? Оставаться бродягами, хотя в этом сучьем логове остаться бродягами будет очень трудно. Каждый из нас всю жизнь провел в тюрьме, на этапах и в пересылках.

Мы знаем тюремный порядок, как никто другой, потому что мы его создавали! Каждый из нас был паханом в своей зоне, и в его обязанность входило поддерживать порядок, за это он отвечал перед всем воровским миром. Так вот что я вами хочу сказать, люди: нужно переступить через собственную гордыню и выбрать смотрящего зоны. Eсли мы этого не сделаем, то перережем друг другу глотки на радость Беспалому.

– И как же нам выбрать смотрящего, если все мы считаемся равными?

Может, ты предлагаешь бросить жребий? – произнес красивый парень лет двадцати восьми, и губы его при этом сложились в кривую усмешку.

Он знал, о чем говорил.

Это был вор по кличке Амбал. Несколько лет назад он принял сторону уркачей, переманив с собой большую группу зеков. Именно это обстоятельство решило исход конфликта между урками южной и северной России в одном из печорских лагерей.