Оборванные нити. Том 2

Он просто был уверен, что эксперт-биолог Таскон — человек в высшей степени квалифицированный, добросовестный и ответственный, интересуется историей судебной медицины, счастливо женат на отменной кулинарке красавице Лялечке и дружит с Изабеллой Савельевной Сумароковой. Ничто другое Сергея не занимало.

И вдруг оказалось, что круг интересов Льва Станиславовича куда обширнее, чем можно было предполагать. Токсикология, яды и отравления… И даже романы Дюма, в которых разным отравлениям уделено отнюдь не последнее место.

Самые известные преступления и преступники… Исторические захоронения, останки известных людей… Да он просто ходячая энциклопедия!

— Лев Станиславович, я все хотел спросить, да случая не было: почему вы выбрали судебную биологию? Вы же все-таки медик по первому образованию, мне казалось, ваше место в отделении судебно-гистологической экспертизы или в морге, а не здесь, — спросил Саблин, не отрывая глаз от книг на полках и продолжая читать названия на корешках.

— Да я, собственно, химию больше люблю, поэтому собирался в судебно-химическое отделение, — улыбнулся Таскон, — но в тот момент, когда у меня возникла необходимость в сокращенном рабочем дне, вакантное место было только у биологов.

Я прошел сертификационный цикл, и меня назначили сюда. Первое время я все собирался дождаться, когда освободится ставка у химиков, и перейти туда, а потом понял, что биология мне даже ближе, интереснее. Она мне почему-то душу греет.

Сергей молча кивнул, продолжая изучать коллекцию эксперта.

— А я смотрю, вы не удивились, — раздался голос Льва Станиславовича.

— Чему я должен был удивляться?

— Тому, что какая-то наука или дисциплина может греть душу. Вы, наверное, единственный, кроме Белочки, кто меня в этом смысле понял. Вам же, насколько мне известно, работа с трупами тоже душу греет, хотя вы никогда и никому в этом не признавались. Мы с вами одного поля ягоды. Сумасшедшие, влюбленные в свою малоаппетитную работу.

— А почему отравления? — задал Сергей новый вопрос.

 — Откуда интерес к токсикологии?

— Да просто так… Знаете, любопытно. Что-то вы не в настроении, гражданин начальник, — заметил биолог. — Кто-то расстроил вас? Или случилось что?

Сергей снял теплую куртку, уселся на свободный стул и неожиданно для себя самого поведал Таскону о вскрытии, проведенном Филимоновым.

— Не понимаю, — сокрушенно говорил он, — как Изабелла Савельевна может с этим мириться! Никогда не поверю, что она не знает.