Оборванные нити. Том 2

В конце концов, выпечка — дело не каждого дня, вполне достаточно заняться этим раз в неделю, в выходной день. Глеб особенно любил ее слоеные пирожки с мясом, и Татьяна Геннадьевна каждое воскресенье с утра затевалась с тестом, а по понедельникам выходила из дома с большим пакетом, который вручала Чижику. Мальчику нужно питаться. Мальчика нужно баловать вкусненьким. Так что пока Глеб не женится и не начнет жить самостоятельно, Леня Чижик тоже гарантированно будет каждую неделю объедаться вкуснейшими пирожками.

Да, но с Глебом надо что-то делать… Неправильно, когда взрослый самостоятельный молодой человек живет вместе с матерью. У него уже была попытка жениться, невеста молоденькая симпатичная и в целом очень славная девочка — Кашириной понравилась, она с удовольствием погуляла на свадьбе сына в областном центре, а вернувшись в Северогорск, немедленно занялась «организацией» отдельной двухкомнатной квартиры для молодых. Ведь когда-нибудь Глеб закончит коллекционировать допуски, и его возьмут на работу в Северогорске, значит, молодой семье нужно жилье.

И Татьяна Геннадьевна не знала, радоваться ей или огорчаться. Сына она любила безумно, и жизнь бок о бок с ним казалась ей вершиной счастья. Она готова была умереть за своего ребенка. Но, с другой стороны, у мальчика должна быть семья, жена, дети.

Вот и Ленчика хорошо бы пристроить в добрые надежные руки. Татьяна Геннадьевна мысленно усмехнулась: она относится к Чижику как к сыну, а все судачат о том, что у них роман.

Ну и пусть. Она женщина свободная, ей стесняться нечего.

Дежурство выпало на День милиции, и половина членов следственно-оперативной группы с самого утра обсуждала только один вопрос: удастся ли хоть как-нибудь отметить профессиональный праздник, и если удастся, то где? Прямо в салоне дежурной машины? Или у кого-нибудь в служебном кабинете?

День сложился на удивление спокойно, выездов было совсем немного, и к вечеру выдалось время «посидеть»: дежурный эксперт-криминалист пригласил всю группу в свой отдел, где уже часов с пяти «гудели» все, кто носил погоны и не был занят срочной работой.