Оборванные нити. Том 2

— Потому что Лев Станиславович добрый и обаятельный, у него есть харизма. А вы злой и необаятельный, и харизмы у вас нет никакой. Вы противный, Сергей Михайлович. Женщины не любят таких, как вы.

Саблин опешил. Ну, злой — это ладно, это правда, с которой не поспоришь. Ну, харизмы у него, вероятно, действительно нет, хотя он и не очень хорошо представляет себе, что это такое и как должно проявляться. Но необаятельный? И даже противный?

Он попытался как-то вылезти из дурацкого положения, которое его смущало, и решил пошутить:

— Ой, Светочка, а мне-то казалось, что я вам нравлюсь и вы ко мне хорошо относитесь! Как же я заблуждался-то!

— И ничего вы не заблуждались, — возразила молодая женщина.

 — Я к вам действительно хорошо отношусь, потому что вы честный, прямой, как палка, и дело свое знаете, любите и делаете на «отлично». За это вы мне нравитесь. И потом, лично я люблю противных и злых, у меня плохой вкус. Но как мужчина вы мне абсолютно не нравитесь, и замуж за вас я бы ни за что не пошла. Я бы даже в любовницы к вам не пошла, если бы вы позвали. Быть вашей подчиненной — всегда пожалуйста, с нашим удовольствием, и вообще работать вместе с вами я бы хотела. А вот жить — лучше сразу под расстрел.

— Ну Света, — с упреком протянул окончательно растерявшийся Саблин. — Что вы такое говорите? Неужели я настолько плох, что лучше умереть, чем жить со мной? Вы уж из меня прямо монстра какого-то сделали.

Она посмотрела внимательно, окинула его взглядом с головы до ног и усмехнулась:

— Да нет, Сергей Михайлович, монстра из вас сделали давным-давно.

Уж не знаю кто, родители или вы сами таким сделались. Но к нам в Бюро вы пришли уже монстром, это точно.

Настроение у Саблина испортилось, и он ушел с вечеринки, не дожидаясь ее окончания. У Ольги в патанатомии тоже в этот день отмечали наступление Нового года, и, сидя в пустой квартире, Сергей злился, вспоминая слова Светланы, пытался чем-нибудь заняться, чтобы скоротать ожидание, но ничего не привлекало — ни телевизор, ни книги, ни компьютер, за которым он обычно проводил каждую свободную минуту, перепечатывая разные интересные материалы и создавая собственный архив.

Когда Ольга пришла, он налетел на нее с вопросами, даже не дав толком раздеться.

— Ты не сказал мне ничего нового, Саблин, — улыбнулась она, стягивая с ног высокие зимние сапоги. — Чему ты так удивляешься? Твоя Светочка совершенно права, я готова подписаться под каждым ее словом.

Сергей отступил и в изумлении уставился на нее.