Обращаться с осторожностью

Но водный знак расползался дальше, пока не превратился из ската в морскую волну и половину потолка словно бы покрыли чайные листья. Сантехник час ковырялся под раковинами и под передней панелью ванной, после чего пришел на кухню, где я варила соус для спагетти.

— Кислая среда, — заявил он.

— Нет, просто маринара.

— Я про трубы. Не знаю, что вы смывали по ним, но это их разъедает.

— Единственное, что мы туда смываем, это то же, что и все. Вряд ли девочки проводят химические эксперименты в душе.

Сантехник пожал плечами:

— Я могу заменить трубы, но, если вы не решите проблему, это повторится.

Я заплатила триста пятьдесят долларов за один визит; по моим расчетам, мы не могли себе этого позволить, а уж тем более второй визит.

Еще тридцать долларов уйдут на краску для потолка, и то, если мы сделаем все сами. Вот мы уже ели макароны в третий раз на неделе, потому что они дешевле мяса, потому что тебе понадобились новые ботинки, потому что мы сели на мель.

Было почти шесть часов — время, когда Шон обычно появлялся на пороге.

Прошло около трех месяцев с момента его провальной дачи показаний, хотя ты и не догадывалась об этом из наших разговоров. Мы говорили о том, что сказал начальник полиции в местной газете об акте вандализма в старшей школе, о том, нужно ли Шону пройти экзамен на детектива. Мы говорили об Амелии, которая вчера объявила забастовку молчанием и устроила пантомиму. Мы говорили о том, как ты сегодня обошла дом, а я не побежала назад за креслом, потому что у тебя устали ноги.

Мы не говорили об иске.

Я выросла в семье, где считали, что если кризис не обсуждать, значит его не существует. У моей матери обнаружили рак груди за несколько месяцев до того, как я это поняла, и к тому времени стало слишком поздно. Отца увольняли три раза за мое детство, но это не становилось темой разговора — однажды он просто снова надел костюм и пошел в новый офис, будто и не было перерыва в рутине. Единственным местом, куда мы обращались со своими страхами и тревогами, становилась исповедальня.

Единственное утешение мы получали от Бога.

Я поклялась, что, когда заведу свою семью, все карты буду выкладывать на стол. Мы не станем прятать важные темы, секреты и скрываться за розовыми очками, которые не позволяли нам видеть все хитросплетения обычных отношений в семье. Я забыла один очень важный элемент: люди, которые не говорили о проблемах, притворялись, что проблем нет. Люди, которые обсуждали ошибки, боролись, страдали и чувствовали себя несчастными.