Обретая любовь

 – Колину было просто необходимо высказать все то, что он столько раз говорил Грейс в своих мыслях, но никогда не излагал на бумаге. – Я постоянно испытывал страх – и днем, и ночью. Мне до сих пор снятся все те ужасы. А иногда и наяву, здесь, в мирной жизни, слышится пушечная канонада.

– А еще ты испытывал чувство вины за то, что оставался живым и не получал ни единой царапины, – добавила Грейс.

Он и не сомневался в том, что она все понимает.

– Да… И я по-прежнему боюсь, как глупый трусливый заяц.

Ее ладонь легла ему на шею.

– Только сумасшедшие, находясь в гуще сражения, не испытывают страха.

– Но это как-то не мужественно, – пробормотал Колин, понимая, что очень трудно объяснить свое состояние другому человеку, тем более женщине.

Мягкие губы Грейс коснулись его губ. Она впервые поцеловала его сама, по собственной инициативе! И от этого поцелуя его терзания несколько ослабли.

– Я считаю тебя очень мужественным, – прошептала она. – О твоей храбрости свидетельствуют также и твои награды. Ты столько раз спасал жизни другим…

Образовавшийся в горле комок не позволил Колину что-либо ответить.

– Мужчина, которого не затрагивают гибель и страдания окружающих, это не мужчина, а… какое-то бездушное животное.

Грейс даже не представляла, насколько созвучны ее слова некоторым его мыслям. Порой Колин смотрел на своего друга Филиппа, который мог шутить и улыбаться через пять минут после того, как у его ног скончался кто-то из членов экипажа, видел его голубые ясные глаза, выражавшие полную безмятежность, и думал примерно так же.

Интерес к этим воспоминаниям угас сразу же после очередной реплики Грейс.

– А в этот раз… ты снимешь одежду? – В ее голосе очаровательным образом смешивались и робость, и любопытство.

– А в карете я не раздевался? – Ну, конечно же, нет… Слегка севшим голосом он выдавил: – Я обращался с тобой не так, как ты того заслуживаешь. Какой же я был болван!

– Потому что не снял рубашку? – Ирония в словах Грейс ослабила боль в его груди.

– Какой позор… – пробормотал Колин, между тем как его рука скользнула по ее спине, сдвинув разорванное платье еще ниже, к самым бедрам. – Я просто сгораю от стыда.

Грейс засмеялась своим очаровательным смехом. Колин прикинул, в каком месте кровати они находятся, после чего поместил Грейс под себя. Так будет безопаснее.