Обретая любовь

Так она будет защищена от всего на свете.

– Поскольку мы поженимся в самое ближайшее время, будет нелишним попрактиковаться в том, чем занимаются супруги. – Он накрыл ее грудь ладонью, нашел сосок и потянулся к нему губами.

Пару мгновений спустя она уже не смеялась. Радость никуда не ушла, но теперь Грейс извивалась под ним, хватала ртом воздух и тихо постанывала от наслаждения.

Колин дал ей время отдышаться и поинтересовался хрипловатым голосом, продолжая ласкать ее грудь:

– Ты прикасалась ко мне в карете или же это делал только я?

– Нет, не прикасалась, – прошептала Грейс.

– А хочешь этого? – Он затаил дыхание. Возможно, пройдет не один месяц, прежде чем она станет достаточно раскованной. Тем более что в ее головке засели столь нелепые идеи насчет него самого. Черт, неужели она думает, что он мог бы столь же страстно, как и с ней, заниматься любовью с другой женщиной?

Хотя что Грейс, в сущности, знает? Ведь до него она не имела подобных контактов с мужчиной. Она никогда…

Колин вдруг осознал, что Грейс ни словом не обмолвилась о том, что была девственницей.

Но он в этом не сомневался. В ее поцелуях, в томном трепете тела он угадывал изумленно-радостное восприятие новых ощущений. Она не любила Макиндера и, конечно же, не позволяла ему ничего, кроме поцелуев.

– Да, я хочу этого, – выдохнула она.

Колин сел, спустив ноги вниз, и в считаные секунды снял через голову рубашку, скинул сапоги и стянул с себя бриджи вместе с нижним бельем. Грейс, притихшая, словно церковная мышка, не проронила при этом ни слова – даже тогда, когда он окончательно освободил ее от порванного платья, которое сбросил на пол.

– Ну, что скажешь? – спросил Колин, упершись руками в бока.

Послышался смех, выражавший явное восхищение.

– Вообще это несправедливо, – заметил он. – Ты меня видишь, а я могу тебя только осязать.

И еще пробовать на вкус, но к этому Грейс следовало подготовить.

Нежная ладошка погладила его по колену с сочувствием, в котором он не нуждался.

К счастью, Колин мог неплохо ориентироваться по памяти и потому безошибочно подцепил отброшенное платье.

– Тебе нравится на меня смотреть?

– Да… – В голосе Грейс чувствовалось откровенное желание, что было для него немалым сюрпризом. Возможно, она еще не раз удивит его на протяжении их долгого совместного бытия. И он с радостью посвятит свою жизнь постижению ее непростой натуры.

С этой мыслью Колин оторвал полосу от подола поднятого платья.