Обрученные луной

А Хольм так ласково ее обнимал… И он сказал ей «любимая»! Сказал же! Ну почему просто не повторить это еще раз и не сказать, что он хочет остаться?! Что ей делать, если это был мгновенный порыв и Волк собирается все-таки уехать? Вот что, а?!

Мысли неслись беспорядочно, она то мучилась из-за того, что думает о себе, когда Арзин еще в опасности, то уговаривала, что это все необходимые раздумья. Все равно нужно что-то решать, и чем быстрее, тем лучше!

Может, поэтому обратная дорога в город показалась ей намного короче, чем утром путь в лес.

Самое страшное все-таки позади, все, кто ей дорог, живы… И даже кровью Ивара отцу не придется пачкаться, гадюки сами себя перегрызли. А Хольм… он опять ее спас, теперь от безумного Гваэлиса! Вот что он за Волк такой, а?! Нет бы взять, да и… попросить награду за спасение девы, как в сказках и дурацких песнях! Там если герой убивает чудовище или спасает целый клан от врагов, то уж рука дочери вождя ему непременно полагается, ради этого все и затевалось. Лестана опять вздохнула. Ну вот, еще бы она думала, что жизнь бывает как в сказках!

Подло вспомнилось подаренное земляничное чудо, даже рот наполнился этим вкусом, и она едва не заплакала.

— Сговоренная, значит? — раздался рядом тихий ядовитый голос Кайсы, и Лестана заставила себя прислушаться. — А я-то и не подозревала! А то еще могла узнать, что я уже сорок лет замужем, у меня дюжина внуков и костяная нога!

— Нога-то откуда? — растерянно, но заинтересованно спросил Брангард.

— А, то есть дюжина внуков — это ничего? Это так и надо?!

— Ну… — судя по голосу, Волк задумался, а потом бодро выдал: — Нет, вот так я точно не согласен! Сорок лет — это хорошо и правильно! Дюжина внуков — тоже отлично! Но я хочу во всем этом участвовать! Чтобы постепенно, со вкусом… А если сразу узнать — это же неинтересно! Да и чтобы внуки получились, надо сначала детей сделать.

А вот сколько надо детей, чтобы потом родилось пятнадцать внуков, а? Предлагаю проверить! Для начала надо парочку. Нет, лучше трех! А вообще-то, я и на пятерых согласен, большая семья только в радость.

— Ну ты и… нахал! — поразилась Кайса, и в голосе подруги Лестана впервые услышала интерес, обращенный к мужчине. — А что твоя маменька скажет, если ты привезешь домой… сам знаешь что?

— Не «что», а любимую женщину, — нравоучительно и даже слегка занудно сказал Брангард. — Ой, как много она скажет… Но это ее право — говорить. А мое — жить, как я считаю нужным, и любить, кого захочу.