И да, была ещё проблема в том, что двух девушек мне может не хватить, но об этом я еще подумаю. На крайний случай, привлеку Милу. Это ж для дела надо, а не потому, что я такой кобель. Она должна понять. Наверное. В общем, что-нибудь придумаю. В конце концов, поиграю в деспота или просто свалю по-тихому. Думаю, близняшки, если что, смогут меня прикрыть.
Я покосился на сидящую рядом тетю, что молча смотрела в окно. Ее руки были нервно сжаты в кулаки. С чего бы это? Может, она нервничает, оказавшись так близко ко мне? Я, кстати, ведь так и не понял, с кем был тогда в темноте.
Может, действительно, с ней? Мысленно прикинув ее формы, я бы с уверенностью сказал, что это она. Но у Светы фигура тоже очень похожа. А девственница она или нет, я ж не проверял. Так что могла это быть и она. Волновало меня это? Да ничуть. Было и было. Раз молчат, значит, так надо. И все довольны и счастливы. Терзаться сомнениями нет ни смысла, ни желания. Хотя, я бы, конечно, повторил."
"Небольшой особняк встретил нас распахнутыми воротами, за которыми уже собралось с десяток машин.
Охрану внутрь не пустили, поэтому к дому мы подъехали одни. Я согласно этикету вышел первым и подал своей даме руку.
Встречала нас сама хозяйка, Зинаида Львовна, с хозяином— Нестором Петровичем Добронравовым, мужчиной лет пятидесяти, бородой-эспаньолкой и пышными усами, которые он постоянно подкручивал. Выглядело это немного нелепо, но сглаживалось его добродушным видом и искренней улыбкой, которая меня сразу насторожила.
Вот не привык я к такому отношению.
Его жена очень тепло обнялась с тетей, которая представила меня, и я получил в свою сторону заинтересованный взгляд. На миг мне показалось, что меня просканировали изнутри и снаружи, а после сочли годным для употребления. Ладно, сегодня у меня функция столба — стоять поближе к еде и никому не мешать. Ну, и по возможности поговорить с Коротким. Тьфу ты, вот приклеилось! Главное, при нем такое не ляпнуть, а то опять все кости пересчитает.
Мужик острый, как хрен без помидоров и опасен как комар на члене. И прибить хочется гада и понимаешь, что если промахнешься, сделаешь только себе больнее.
В общем, попали мы внутрь. Сделав почетный круг и раскланявшись со всеми гостями так, что я думал, у меня голова отвалится, я наконец получил свободу и стал двигаться в сторону фуршета, где гостей пока было меньше всего.
Короткевич еще не прибыл, поэтому заняться мне было откровенно нечем.
