Огневица

Йулла рассказала Итриде все, что знала об Опаленных. Но когда Итрида спросила птицелюдку, кто такие Пылающие, та лишь развела руками.

– Ой, смотрите! Там, кажется, свадьбу играют!

Милолика всплеснула руками, крепко сжав в кулачке медовое яблоко, и побежала вперед. Только и замелькали сапожки да край алой ленты в тонкой косице.

– Мила, стой! – крикнула Итрида и дернулась за ней, но девочка так ловко смешалась с толпой, как умели только карманники да выросшие в городе дети. Впрочем, бродяги с торговых трактов тоже кое-что могли.

Потому Итрида быстро обнаружила пропажу, которая спешила к храму Сауле. Маленькое светлое святилище было выстроено специально для людей, живущих в Белоозере. Сегодня там праздновали свадьбу.

Люди вели себя чинно, негромко переговариваясь. Около самого входа в храм скучали две девчушки. Одна потихоньку прикармливала баранкой тощую черноухую собачонку, вторая, зажав корзину с пшеницей подмышкой, улыбалась во весь рот выглядывающему из толпы пареньку. Милолика протолкалась в первые ряды и замерла, прижимая руки к груди.

Ей не терпелось увидеть молодых, когда жрица выведет их из храма и поведет за черту города, на высокий холм. Там наверняка подружки-лебедушки и друзья-ястребы уже приготовили все необходимое для обмена обручьями.

Итрида встала рядом с Милоликой и исподтишка дернула ее за косичку. Девочка ойкнула и схватилась за волосы, но, поняв, что это огненосица, виновато улыбнулась. Улыбка почти сразу превратилась в сияющую, и Итрида невольно улыбнулась в ответ, незаметно расслабляя напряженную спину.

Маленькая лаума источала свет и жажду жизни, и невозможно было не согреться, попав в его лучи.

С другой стороны от девочки встал Даромир. Дергать ее за косички шехх не стал, зато прошептал что-то, отчего Мила зарделась и потупила взор. Дар поймал вопросительный взгляд Итриды и закатил глаза. За прошедшие дни Милолика окончательно и бесповоротно влюбилась в сказки шехха. А может, немножечко и в него самого.

Двери храма распахнулись, и показалась жрица Сауле.

Она шла легко, открыто улыбаясь людям. В ее волосах смешались седина и цветы; платье было простое, но лишь на первый взгляд. При каждом шаге ткань переливалась отблеском и напоминала поле пшеницы, по которому гуляет ветер. Когда жрица проходила мимо бродяжников и лаумы, она вдруг склонила голову и улыбнулась. Лицо женщины было испещрено морщинами, но ее глаза оставались ясными и яркими. Вслед за ней рука об руку, скромно потупив взор, шли жених и невеста.