Огневица

Понаблюдала, как медленно гаснет яростный зеленый взгляд и опускаются густые черные ресницы. Подождав пару минут, пощупала живчик, убедилась, что огненосец уснул, как ему и полагалось, и выпрямилась.

– Что будем делать? – из темноты к Итриде шагнул Даромир.

– Да, сидит как миленькая в своей ложнице.

– Хорошо, – Итрида кивнула, не сводя глаз с дейваса. – Мы загостились в Белоозере. Ворон от Ихтор прилетел пару дней назад. Бояна выздоровела. Пора нам встретиться с друзьями. Жаль, попрощаться не смогу…

– Милолика просила передать, чтобы ты берегла себя.

Сказала, что не успела задать тебе еще тысячу вопросов, так что берегись, – улыбки шехха Итрида в темноте не разглядела, но услышала в его голосе, и сама невольно улыбнулась в ответ.

Пару часов спустя Итрида и Даромир оглянулись на Белоозеро, сонное и молчаливое в тумане наступающего утра. Затем низко растущие ветки качнулись и встали на место, скрывая их путь от любопытных глаз, и бродяжники растворились в лесной чащобе.

Марий попытался оторвать голову от земли и застонал, морщась и прижимая пальцы к виску.

Кое-как, опираясь одной рукой на землю, приподнялся и сел. Перед глазами закружились разноцветные пятна, и огненосец свесил голову между коленей, пережидая приступ тошноты. Взгляд зацепился за тонкую полосу на запястье, испачканную разводами засохшей крови, и Марий усмехнулся. Разжал пальцы другой руки. На ладони светлела прядка волос, и улыбка дейваса стала шире.

– Вот вы и попались.

Глава 15. Перевертыши

Выследить рыжую незнакомку в лесу оказалось не так-то просто.

Будь с Марием кто-то из лаум, они могли бы поговорить с лесными источниками, да и туман к вечеру поднялся густой, молочный – по такому водянице след отыскать было бы легко.

Но и дейвас с немалым любопытством к водяной магии тоже сгодится. Он был уверен, что там, где рыжая, там и ее брат-огненосец.

Марий наклонился к земле и опустил рыжую прядь волос в прозрачную воду, собравшуюся в низине в лужу. Вода дрогнула, обожгла руку холодом и неохотно, но все же отозвалась.

Застыла темным неподвижным зеркалом, и в нем отразился смутный силуэт – Марий успел разглядеть куртку и знакомые сапоги, прежде чем видение погасло. В следующий миг порыв ветра пронесся по подлеску, сорвав капюшон с его головы и встрепав волосы. Вода укусила пальцы быстро нарастающим от краев к середине льдом, и дейвас выдернул руку за миг до того, как она оказалась вморожена в лед. Но колкое чувство с кожи никуда не делось.