Огневица

Если нет – поедешь поперек седла, а твоих дружков сдам городничему ближайшего города. Он будет рад: за пойманных разбойников князь сулит щедрое вознаграждение.

– Они поедут со мной, – глухо отозвалась она. Порез на шее выглядел бархоткой, коими любили украшать себя продажные женщины… или следом от ошейника. Дейвасу не понравились оба варианта. – Мы всегда вместе. Хоть на плаху, хоть в столицу.

– Научи меня, как приручить огонь.

Марий не успел ответить: по хребту вдруг побежали мурашки.

Он выругался и отступил от Итриды, опустив меч. Но кольца черного огня с ее дружков снимать не торопился. Болотник обернулся, ища взглядом воина, с которым пришел к костру бродяжников.

Глаза забытого всеми Казимира закатились так, что остались видны лишь белки. Его руки безвольно повисли вдоль тела; губы побелели, а под кожей выступили синие линии вен. Мужчина открыл рот и заговорил – но губы его не шевелились, точно голос ему не принадлежал:

– Я так рада, что мы наконец-то встретились…

Марий недоуменно обвел взглядом шайку и замер, разглядев, как лицо рыжеволосой девушки залила смертельная бледность.

Она судорожно дернулась вперед и лишь в последний момент снова замерла.

– Кто ты? – спросил Марий. Кожемяка перевел на него слепые глаза и равнодушно ответил:

– Я не с тобой пришла говорить, Болотник. Итрида, знай, что это я создала тебя. Подобных тебе еще не бывало, и я уже боялась, что и не будет. Но все получилось. Мне жаль видеть, какую жизнь тебе приходится вести, но поверь: скоро мы встретимся, и все изменится.

Огненосица задрожала, точно ей стало холодно. Казимир чуть покачнулся и закашлялся, но голос продолжал звучать:

– К сожалению, верный мне человек не отдал тебе связующие браслеты. Ему помешали, и он совершил большую… глупость, из-за которой браслеты едва не попали не в те руки. Но нас ведет сама судьба, а Пряхи благосклонно ткут одно полотно на двоих – как иначе объяснить то, что браслеты все равно оказались подле тебя?

– Так это из-за тебя я стала такой? – голос девушки звучал как змеиное шипение.

Кажется, она едва сдерживалась, чтобы не обрушить свое колдовство на голову Казимира. Лишь осознание, что, убив его, она все равно не зацепит того, кто сейчас говорил его голосом, останавливало Итриду.

– Какой? – вкрадчиво поинтересовался голос. Из носа Казимира хлынула кровь; он не удержался и упал на колени.