Огневица

Только сейчас Храбр присмотрелся к человеку-ястребу и разглядел то, что сразу не приметил: тугие посеревшие от дорожной пыли и пота повязки, выглядывающие из-под рубахи. Ноги действовали прежде головы, и Храбр успел подхватить завалившегося с седла волхва раньше, чем тот расшибся о землю.

– Все-таки не успею упредить, – прошептал волхв посеревшими губами.

Огонь в печи горел жарко, довольно хрустя березовыми поленьями. Ястреб, так и не назвавший своего настоящего имени, лежал на лавке, спеленатый чистыми повязками точно младенец, и в его широко открытых глазах отражалось пламя.

Храбр ухватом вытащил из печи исходящий ароматным паром чугунок. Принюхался и крякнул довольно: удалась каша с краснобокой земляникой, настоящее лакомство! Прислонил ухват к печке, подхватил две глиняные миски и большую деревянную ложку, на ручке которой хитро подмигивала кошачья мордочка. Наполнил свою миску и отставил в сторону. Гостю положил всего две ложки и подул, остужая. Взял миску и кружку с теплым травяным взваром и со всем этим добром направился к Ястребу.

– Я не голоден, – попытался возразить волхв.

– У тебя ребра насквозь видать, – живо возразил Храбр. Он зачерпнул каши на ложку и подул еще раз, для верности.

– Пусть так. Но я не баба и не дите неразумное, чтобы с ложки меня потчевать, – волхв попытался приподняться на локте, но застонал и рухнул обратно на лавку. Смертельная бледность залила его лицо, отчего крючковатый нос заострился еще сильнее. Храбр спокойно подождал, пока Ястреб отдышится, и молча приподнял ложку, всем видом показывая, что готов сидеть возле больного хоть до следующего утра.

Ястреб посопел недовольно, но все же сдался и неохотно приоткрыл рот.

– Они придут и сюда.

– Не придут, – Храбр взмахнул топором, рассекая деревяшку надвое. – Ты и сам не знал, што здесь есть храм. Без моего дозволения сюда ни один человек не пройдет.

Ястреб сидел на крылечке в теньке. Рядом пасся расседланный Рыжко, щипая лиловыми губами сочную траву и фыркая на приставучих слепней.

Волхв беспокойно теребил и оттягивал наузы на груди, будто пытался сорвать. Потом рука его обессилено падала на колени, чтобы всего через несколько секунд снова взлететь к связке оберегов. Второй рукой волхв пошевелить не мог: она лежала в лубке, справленном Храбром.

– Ты навий что ли, дороги путать? – Ястреб фыркнул.

– А если и так? – Храбр выпрямился и утер пот со лба.

– Не бреши. Я волхв! Я бы почуял.

Храбр дернул плечом и перехватил топор поудобнее.