Ребенок был очень большой. Да, малыш был похож на Тенгеля, но отец не нашел в нем страшных признаков рода. Почувствовав тепло отцовской руки, малыш успокоился и перестал плакать. У кого же еще этот беспомощный комочек мог найти защиту, как не у отца?
Тенгель взял сына на руки. В комнате стало тихо. «Вот мой сын, — немного удивленно подумал Тенгель. — Как бы ты не выглядел, я люблю тебя и никогда не брошу».
Наконец, малыш открыл небесно-голубые глазенки и снова заплакал. Но Тенгель уже увидел все, что хотел.
Голубые глаза, красивое личико — его точная, но не обезображенная копия. И облегченно вздохнул.
— Силье просыпается, — сказал кто-то.
С ребенком на руках Тенгель присел на край кровати. Он не верил своим глазам. Силье очнулась и со стоном пошевелилась.
— Милая Силье. — Он снова вспомнил свою всеми покинутую мать и решил окружить жену заботой и вниманием. — Все хорошо, моя дорогая. У нас чудесный маленький сын. И я очень люблю вас обоих.
Мимолетная улыбка промелькнула на лице Силье.
Она попыталась открыть глаза, но не смогла.
— Все произошло так внезапно. Я даже не успела сообщить тебе.
— Ты никогда не могла правильно рассчитать время, — растроганно произнес он. — И застала нас всех врасплох.
— Мне холодно, — прошептала Силье.
Дитя уложили в колыбель, и малыш снова расплакался. Тенгель обнял жену. Акушерка укрыла роженицу потеплее. Шарлотта принесла горячую воду. Тенгель позвал Суль. Он отдавал команды, согревая руками Силье.
— Найди окопник аптечный. Да побольше. Немного крапивы и манжетки. Нашла? Хорошо. Теперь желуди. Нет? Ладно. Неси боярышник и можжевеловую ягоду. Все готово?
— Да.
— Отлично. Фрекен Шарлотта поможет тебе сделать настойку.
Силье пила долго. Во рту все пересохло, язык прилип к небу.
Постепенно к ней возвращались силы. Она даже взглянула на ребенка. Потом взяла Тенгеля за руку.
— Знаешь, я даже боялась придумать ему имя. Может, назовем его в честь твоей матери?
— Совсем необязательно.
Мы уже назвали в ее честь Лив. Ведь ее звали Лине.
— Хорошо, пусть так. А твой отец?
Тенгель потемнел лицом.
— Я не знаю его имени и не желаю, чтобы ребенок был назван в его честь. А как звали твоего отца?
— Арнгрим.
— Да, тяжеловато. Может быть Аре? Или Хаворн?
— Тогда уж пусть лучше будет Аре.
— Силье, он не отмечен…
— Как здорово! Надо посадить еще одно дерево.
— Ага, — засмеялся Тенгель. — Лучше уж сразу несколько.
