Окаянные девяностые

Предвкушая солидный навар, он выхватил из-за голенища сапога жезл и энергично взмахнул. Водитель Галлиев и не подумал останавливаться, открыл окошко и швырнул к ногам сержанта мелочь. Тот опешил, а когда пришел в себя разразился трехэтажным матом. Он был слышен даже в джипе.

— Козел! — с презрением бросил Галлиев.

— Шакал, кусок ему подавай! У-у, ненавижу тварей! — вторил ему Рэмбо.

— Хрен ему, а не кусок, подавится!

— А на хрена ты ему вообще давал?

— Пусть поработает, поклюет монеты, — хмыкнул Галлиев.

— Вил, кончай скалиться! Лучше добавь газу, а то Сафу не видно! — прикрикнул Сова.

Галлиев увеличил скорость и сосредоточился на дороге. Она, вильнув, взлетела на эстакаду, за ней, внизу, перед заправкой мелькнула машина Сафы. Галлиев подъехал к ней и остановился. Сафа распахнул дверцу и спросил:

— Ну чо, братаны, видели ту ментовскую рожу?

— Шо торчала на посту? — уточнил Сова.

— Ага, — подтвердил Сафа.

— И чо, этот мозгляк подставил нашу фуру?

— Чего не знаю, того не знаю.

Ты просил найти рыжего мента, я нашел, а дальше ваши дела.

— Ну, тогда я отчаливаю.

— Бывай, Сафа, будешь у нас на Урале, можешь на меня рассчитывать, подкачу самую крутую тачку.

— А лучше танк, спокойней будет, — предложил Сафа и расплылся в улыбке.

— Можно и танк, за нами не заржавеет, — пообещал Сова и, пожав ему руку, распорядился:

— Вил, давай обратно, будем раскручивать ментяру!

Галлиев развернул машину. До поста им не повстречалось ни одной машины.

Сержант находился на месте, пританцовывал на морозе, а на его физиономии застыла кислая мина. Сегодняшнее дежурство с самого начала не задалось, за время смены ему удалось ошкурить на тысячу рублей всего двух дальнобойщиков. Куш, который он рассчитывал срубить с заезжих крутых, обернулся фиаско. Брошенная ими мелочь тускло поблескивала на солнце и напоминала о недавнем унижении. Сержант готов был вывернуть наизнанку не только их кошельки, но и души. Но когда джип с крутыми снова показался на дороге и свернул к посту, гневный пыл у него поубавился. Он был один, и интуиция прожженного вымогателя подсказывала, с этими крутыми надо держать ухо востро. Джип остановился. Сержант настороженным взглядом прострелил лица водителя, пассажиров и задержал на Сове. Чутье опытной милицейской легавой подсказывало ему, среди этой троицы тот был главный. Сержант ждал, что последует дальше.