Охотник за тенью

– Вот синьора Ферри. – Мать настоятельница показала на женщину, которая сидела у окна в инвалидном кресле и рассеянно смотрела вдаль. – Она не совсем в себе. Часто заговаривается.

Ее звали Вирджиния Ферри, ей перевалило за восемьдесят.

Маркус подошел ближе:

Женщина медленно повернула голову – посмотреть, кто поздоровался с ней. Зеленые кошачьи глаза выделялись на светлой коже. Руки ее были покрыты темными пятнышками старческой гречки, но лицо оставалось удивительно гладким. Редкие волосы, непричесанные, торчали кое-как.

– Меня зовут отец Маркус, я священник. Могу я с вами немного поговорить?

– Разумеется, – отвечала она неожиданно звонким голосом. – Вы пришли для бракосочетания?

– Какого бракосочетания?

– Моего, – тут же уточнила женщина. – Я собираюсь замуж, но сестры против.

У Маркуса складывалось впечатление, что мать настоятельница была права, утверждая, будто женщина не в своем уме.

– Вы – Вирджиния Ферри, верно?

– Да, это я, – подтвердила она с ноткой подозрения в голосе.

– И вы служили экономкой в семье Агаповых в восьмидесятые годы, правда?

– Шесть лет жизни посвятила я тому дому.

Хорошо, сказал себе Маркус, это та самая дама.

– Не возражаете, если я задам вам несколько вопросов?

Маркус взял стул, уселся рядом с ней.

– Что за человек был синьор Агапов?

Старуха на мгновение застыла. Пенитенциарий боялся, что память ее подводит, но ничего подобного.

– Суровый, строгий человек. Думаю, ему не нравилось жить в Риме. Он работал в русском посольстве, но много времени проводил дома, закрывшись у себя в кабинете.

– А его жена? Ведь у него была жена, правда?

– Синьор Агапов был вдовцом.

Маркус принял информацию к сведению: Анатолий Агапов, жесткий человек, был вынужден растить детей в одиночку, без жены. Может быть, из него получился неважный отец.

– Синьора Ферри, какую роль играли вы в его доме?

– Я управляла штатом прислуги, состоявшим из восьми человек, включая садовников, – с гордостью проговорила она.

– Огромный, – поправила она. – Вилла в окрестностях Рима. Каждое утро я тратила по меньшей мере час на дорогу.

– Как, разве вы не жили там, вместе с семьей?

– Никому не позволялось задерживаться после захода солнца, такова была воля синьора Агапова.

Странно, подумал пенитенциарий. И представил себе огромный пустой дом, где живет строгий, суровый отец и двое детишек.