Омерта

Обнять себя ладонями, в который раз наивно полагая, что этот жест спасет меня, если ублюдкам вновь взбредет устроить показательную порку.

Наконец, я поднимаю взгляд вверх, откидывая с лица прядь спутавшихся волос.

– Ещё раз её ударишь, и я сверну этот ремень и затолкаю тебе в желудок, Стефан, – закусываю нижнюю губу, пытаясь побороть мелкую дрожь и внимаю каждому слову Киана, который держит живодера за шею. Так плотно и крепко, что вены на его руках вздуваются, отливая фиолетово-синими оттенками. Мужчина, что избивал меня, вцепившись в запястья Призрака, пытается ослабить его мощную хватку на своем горле, периодически кашляя и жадно вдыхая ртом воздух.

Не знаю, контролирует ли Киан свои силы, но у меня создается жуткое впечатление того, что он может, при желании, задушить моего обидчика. Но почему? Они же здесь все в одной команде, «одной крови», так сказать. Почему Призрак так откровенно защищает меня? Может он здесь главный, и моё избиение не входило в его планы? Но вот похищение – определённо да.

А значит, несмотря на то, что он меня защищает сейчас, Киан не менее опасен, чем все остальные, охраняющие меня, уроды.

– Отпусти. Напоминаю, я твой брат. И подручный отца, – пыхтит побагровевший от недостатка кислорода, Стефан. – Ты заплатишь за эту вольность.

– Киан, что ты делаешь… – обращается к моему Призраку один из мужчин, наблюдающих за горячей перепалкой братьев.

Нарушил правила их мерзкого синдиката? Что-то из разряда «брат на брата не нападает»?

– Рик, зачем ты встреваешь? – шипит Киан на отрезвившего его парня, все ещё сжигая Стефана уничтожающим взглядом, от которого лично у меня кровь стынет в жилах.

И, похоже, у всех присутствующих тоже.

Киана Морте от всех остальных ублюдков отличает то, что он влияет на окружающих одним своим присутствием. Я бы назвала это шлейфом мощного авторитета. Видно, что ему не нужно никому ничего доказывать и избивать женщин для того, чтобы его словам внимали и слушали.

– Я выполнял приказ Отца.

Видеосъемка мучений жертвы – выполнение его просьбы, а не личная инициатива, – сиплым голосом поясняет Стефан, потирая ладонью красную кожу на шее.

– Во всем будешь слушаться папочку? – вспыхивает мой Призрак, недовольно рыча.

Какие-то отцы, братья, боссы… ну просто не банда диких ублюдков, а итальянская мафия.

Нервно сглатываю, начиная понимать, что я очень даже могу быть близка к правде. Они говорят на итальянском. Хотя это может ничего не значить.