- Думаю, что твоя мама права, - сказала она и вдруг сделалась настолько холодной и чужой, как будто сейчас рядом незнакомка стояла, а не та, которую, как Алексей думал, он успел узнать.
- Я не стал с ней спорить только по одной причине, - мягко сказал Вознесенский, не делая ни шага в сторону Ульяны, хотя сейчас хотелось лишь схватить ее в объятия и прижать к себе покрепче.
Потому что вдруг в голове возник страх - а что если Уля решит, что она больше не хочет с ним быть? Что если услышанное вдруг перевернет все на сто восемьдесят градусов в их отношениях? Еще неустоявшихся и не таких уж крепких по причине того, что прошло слишком мало времени с тех пор, как они с Ульяной стали жить вместе.
- Я знаю свою мать. Она может выдавать свои нелепые аргументы со скоростью пулемета. Но дело не в них. Дело в том, чего хочу я.
Уля сделала глубокий вдох и, все же зайдя в гостиную, на пороге которой стояла все это время, огляделась. Вознесенский не знал, какие именно мысли возникали в ее голове в этот момент, но дорого бы заплатил за то, чтобы это выяснить.
- Ее аргументы не нелепы, Леш, - устало выдохнула она, наконец, посмотрев на него. - Тебе досталась проблемная, замужняя, да еще и неизвестно от кого беременная женщина. В то время, как ты молод, с огромным будущим и с кучей невинных красоток, готовых встать в очередь, чтобы пойти с тобой под руку под венец.
Уля прикусила нижнюю губу, словно ей нужно было отрезвиться, и тряхнула головой.
- Поэтому думаю, что самым верным для нас будет… взять паузу.
"
"Захотелось чертыхнуться. Или лучше выругаться трехэтажным матом, чего в присутствии женщин Вознесенский себе делать почти никогда не позволял. Он уже представлял, что именно кроется за этим «взять паузу». Представлял и ненавидел такие фразы всеми фибрами души.
Отойдя к дивану, на подлокотник которого он и присел, Алексей терпеливо уточнил:
- Что ты подразумеваешь под «взять паузу»? Жить так, словно мы соседи? Без проблем, - пожал он плечами. - Если только вся проблема, конечно, для тебя заключается именно в этом.
Она покачала головой, как будто говоря, что он не понимает всей сути случившегося. Нет, Вознесенский, конечно, осознавал, что слова его матери ранили Ульяну, но очень надеялся, что прежде всего она станет брать в расчет его отношение, а не представление незнакомой женщины о том, как должно быть правильно.
- Наверно, мы поспешили, когда стали жить вместе, - тихо сказала Уля, и у Алексея внутри все похолодело.
