– Каких ещё нечестивцев? – я уставилась на него в полном недоумении. – Мне сказали, что вы доставите меня в город!
– Я обещал доставить вас к Дала-Эрнэ, – упрямо произнёс Хорст. – Вот он, перед вами. Я своё слово сдержал.
Холод, усталость, долгая дорога – и теперь этот человек собирается высадить меня посреди снега?
– Они поклоняются морским демонам, – продолжил своё бурчание мужчина. – Приносят жертвы тому, что выходит из глубин. Делают амулеты из костей утопленников…
Я не знала, что ответить на эту речь. Суеверия местных жителей меня сейчас волновали меньше всего.
– Хорошо, – сдалась я. – Если вы не хотите ехать дальше, я пойду пешком!
Я начала собираться, стянула меховые накидки, которыми укрывалась, поплотнее укуталась в плащ.
– Будьте добры, помогите мне с багажом, – сказала я, выбираясь из саней и проваливаясь по колено в снег.
Хорст вдруг улыбнулся. И улыбка эта совсем мне не понравилась.
– Чемоданы? – переспросил он. – Ну нет, сударыня. Чемоданы останутся со мной.
– Что?! – я едва не задохнулась от возмущения.
– Это мои вещи! Немедленно верните их!
– Это плата за поездку, – невозмутимо ответил Хорст. – Вы думали, я повезу вас через Волчий Зев задаром?
– Плата?"
"– Ваш дружок сказал, что я могу забрать их себе, так как он заплатить отказался!
Берн… Чёрт бы его побрал! У всех этих людей вообще есть что-нибудь святое?
– Это мои вещи! Немедленно…
– Пошли! – Хорст взмахнул вожжами, едва не задев мне лицо.
Я упала в снег.
Мужчина натянул поводья и лошади вместе с санями и моими вещами двинулись обратно к перевалу.
– Мерзавцы! – кричала я. – Вы все, мерзавцы!
От какой-то безысходности рванула за санями. Снег забивался в сапоги, цеплялся за подол платья, превращая его в тяжёлую ледяную корку. Но я продолжала бежать.
“Всё, что у меня осталось… всё, что у меня было…” – мысли проносились в голове вместе с хриплыми выдохами, вырывающимися клубами пара.
Хорст даже не оборачивался. Он лишь подгонял лошадей, и расстояние между нами увеличивалось с каждым мгновением.
Я чувствовала, как волна жара поднимается от желудка к груди, к горлу, затуманивая разум. Это была уже не просто злость – это была чистая, неконтролируемая ярость.
– Стой! – крикнула я, но голос утонул в свисте ветра.
В груди начало разгораться знакомое ощущение… Магия. Она поднималась изнутри, пульсировала в кончиках пальцев, требовала выхода. Снег у ног начал таять, образуя тёмные проталины. Ладони покалывало, словно тысячи крошечных игл впились в кожу.
