— Что ж, тем хуже для тебя, — уголок его рта дрогнул в его характерной, половинчатой ухмылке. — Придется начинать с нуля, но ты способная девочка, справишься. Я в тебя верю.
— Что? — я попыталась подняться, чувствуя себя в таком положении слишком уязвимой, но он не дал. — Что?"
"— Все очень просто, зайчонок. Ты должна уложить в постель Его Высокопреосвященство Коула Тернера. Заставить его нарушить свой идиотский обет, — глубоко затянувшись сигаретой, проговорил Трой, а я не поверила своим ушам. — Снять с безымянного пальца кардинальский перстень.
— Нет, это абсолютно исключено! Я не…
— Ш-ш-ш, — опустив взгляд на меня, Трой приложил палец к моим губам и я замолчала, ужаснувшись его взгляду. — Маленькая заинька попала в капкан. Жалко бедную крошку, ну просто до слез! Но мне действительно нужно, чтобы ты это сделала. А если мне что-то нужно, то… Ну ты поняла, да? Без вариантов. Нет, вариант, что ты откажешься, конечно, есть, но тогда придется отдать тебя на растерзание этим долбанутым нравственникам.
Будут публично судить за проституцию, что-нибудь отрежут. Ты ж их знаешь — их хлебом не корми, дай что-нибудь отрезать… Мне правда не хочется, чтобы тебя покалечили, золотко. Ты мне веришь?
Он был сумасшедшим. Кастор Трой был сумасшедшим — теперь я точно это знала.
Уложить в постель Коула Тернера. Я даже произнести вслух это не смогла, настолько диким и ужасающим это казалось.
Плясать под дудку Троя…
Я — его вечная кукла, послушная марионетка в его руках. Хозяин дергает за ниточки, а игрушка выполняет разные па.
Но то, что он задумал на этот раз, сродни тому, чтобы бросить куклу в топку…
— Я расскажу, что вы… ты посещаешь бордели, и тогда нравственники будут судить тебя самого… — тихо проговорила я. — Ты сам — полный беззаконник, но и на тебя можно найти управу!
— Вот честно, зай, я даже пробовать тебе не советую.
Я думала, Кастор разозлится, но вместо этого лишь только его позабавила.
— Это нереально, — усмехнувшись, я покачала головой, вспомнив запах озона и хвои, бархатную черную обивку под пальцами и два Северно-ледовитых океана.
— Его Высокопреосвященство не нарушит обет.
— Нарушит. Ради тебя, — Кастор Трой склонился прямо к моему лицу.
— Зачем тебе это? — прошептала я.
— Зайчатам, которые слишком много хотят знать, отрывают ушки, — склонив голову набок, Кастор Трой прошептал прямо в мои губы. — Его Высокопреосвященосво, наш праведный железобетонный кардинал уже хочет тебя трахнуть, зайчонок, поверь.
