Опер с особым чутьем

 – Что за самовольство, Куренной? Кто тебя надоумил? Не этот ли… как там его?!» Гнев начальства удалось погасить. С утра пораньше выехала группа для задержания гражданки Решетниковой. Егора Литвинова привели в чувство, заковали в наручники и доставили на допрос. Он шатко поднимался по лестнице под охраной трех милиционеров, презрительно фыркал, держал осанку.6c9dab

«Допрашивайте без меня, – распорядился Скобарь, – потом доложите».

В принципе Литвинов держался неплохо, подавленным не казался. Презрительная гримаса не сходила с его лица.

Он сидел на табурете, выпрямив спину, смотрел в точку перед собой. Его одежду на всякий случай осмотрели и прощупали. Ничего инородного не нашли – ни колюще-режущих предметов, ни ампулы с ядом. На рядового уголовника этот парень не тянул. Он был неплохо образован, знал, что такое воспитание, как притвориться интеллигентом. Это интриговало.

Но во время допроса он почти ничего не сказал.

– Ваши фамилия, имя, отчество? – выспрашивал Куренной. Но задержанный лишь загадочно улыбался, не отрывая глаз от дальней стены.

Синяк под глазом достиг максимальных размеров и перекрыл половину лица. Глаз превратился в щелку, но это не мешало преступнику сохранять невозмутимость. Он пришел в себя, смирился со своей участью и уже знал, как будет себя вести. В любом случае за содеянное светил только расстрел.

– Вы не можете сообщить свою фамилию, имя и отчество? – Куренной проявлял буддийское терпение. – Откуда вы прибыли? Каким образом получили фальшивые документы? Мы сделали запрос в институты, где вы якобы обучаетесь.

Странное дело, таких студентов в списках не нашли. Чьи задания вы выполняли? Каким образом вы общались с руководителем банды? И самый интересный вопрос: кто он?

На этом месте задержанный засмеялся – холодным неестественным смехом. Глаза (вернее, глаз) продолжали источать холод.

– Я сказал что-то смешное? – удивился Куренной. – Ладно, как хотите. Решительно отказываетесь говорить, гражданин Литвинов? Хорошо, нам без разницы. Мы и так знаем, на кого вы работали.

 – Куренной блефовал, причем экспромтом, неумело, мог бы изобразить что-то более убедительное. – Не хотите жить, гражданин Литвинов? Странно, вы не похожи на человека, уставшего от жизни. Плодотворное сотрудничество с органами позволит сохранить вам жизнь.

– Ладно, хватит, – наконец подал голос задержанный и брезгливо поджал нижнюю губу. – Кончай этот цирк, начальник. Все равно убьете, знаю вас. Веди в камеру, не видишь, устал я. На том свете договариваться будем.