Опер с особым чутьем

И не только в криминальных подворотнях, но и на заводах, на стройках – только и ждет, чтобы устроить саботаж. Разведки империалистических стран не дремлют, они уже здесь. Органы госбезопасности тщательно отслеживают ситуацию. Но и рядовые граждане не должны оставаться в стороне. Бдительность прежде всего. Империализм поставил себе задачу: ослабить Советский Союз, устранить его с международной арены, а в перспективе – завладеть его территориями и природными богатствами, а главное – умами советских людей…

Лектора порой заносило, он терял нить повествования, уходил в сторону.

Но слушать его было интересно. Товарищ не зря ел свой хлеб. Он приводил конкретные примеры: о массовом оттоке мирных берлинцев в советскую зону оккупации; об успешном уничтожении гитлеровских вояк в Курляндском котле (последний очаг сопротивления фашистов) – чему способствовал почти повальный переход латышских граждан на сторону Красной армии. Последняя попытка остатков эсэсовского войска пробиться в Восточную Пруссию закончилась разгромом… Данные лектора несколько устарели. «Последняя попытка» была зафиксирована в конце мая. Военнослужащие Ваффен СС, рассеянные по полям и весям, соединились в ударный кулак. Терять им было нечего, шли в психическую атаку под действием шнапса и боевых психостимуляторов – валили всей толпой, вместе с высшими офицерами и под развернутыми знаменами. Их подпустили на короткую дистанцию и безжалостно уничтожали из пулеметов – шеренгу за шеренгой, а они упорно шли, пока пуля не застряла в последней орущей глотке…

Павел с каменным лицом сидел среди прочих.

Молодые милиционеры внимательно слушали. Люди постарше поглядывали на часы и прятали зевоту. Он перехватил неприязненный взгляд Киры, сухо кивнул. Женщина хмыкнула, отвернулась. Куренной сосредоточенно смотрел в пол, хмурился. В открытую дверь просочился милиционер в форме, пробежал, пригибаясь, словно над ним свистели пули, и что-то зашептал Куренному. Тот поднял глаза, заволновался, вскинул руку.

– Товарищ лектор, чрезвычайная ситуация, у нас срочный вызов!

Лектор прервал свою пламенную речь, неприязненно уставился на Куренного: дескать, такие вещи говорит, а этот с пустяками…

– Хорошо, я понимаю, товарищ.

Выполняйте свою работу.

– Латышева, Саврасов! – Капитан поднялся, взгляд скользил по лицам, застрял на «смутно знакомом». – Горин! На выход, машина у подъезда!

Особого приглашения не требовалось, ноги вынесли на крыльцо. Потрепанная «эмка» дожидалась своих пассажиров.