Ошибка президента

– Я как будто выполнил свои обещания, даже медсестра вас устраивает. Теперь вы должны рассказать о том, как погиб Гамлет Карапетян.

Когда Турецкий проснулся, осеннее нежаркое солнце заглядывало в палату. За окном облетали с кленов широкие желтые листья. В палату вошла вчерашняя медсестра с градусником.

Турецкий подумывал, не попросить ли ее позвать Татьяну Бурмееву. «Почему, собственно говоря, раненый следователь не может вести дело, если нужный свидетель этажом ниже?» Нет, пожалуй, это перебор.

–…продолжается паника, – услышал он конец фразы. – Вчера курс доллара составил две тысячи девятьсот рублей за один доллар США.

«Опять доллар, – со злостью подумал Турецкий, но почти сразу же злость уступила место удивлению. – Как, на тысячу меньше? Ну и дела».

– Многие коммерческие банки, скупавшие валюту, понесли значительные убытки, – продолжал диктор.

«Подождем до завтра, – вспомнил Турецкий слова Татьяны Бурмеевой. – Найдутся выигравшие».

Сомнений не было. Татьяна предвидела такой ход событий. Доллар взлетает на тысячу рублей, а затем буквально через несколько дней стремительно падает. Кто-то терпит большие убытки, а кто-то выигрывает. Причем выигрывают те, кто ЗАРАНЕЕ знал о том, что курс упадет.

Турецкий, невзирая на ноющее плечо, откинул одеяло и вскочил на ноги.

– Александр Борисович, вам нельзя вставать! – услышал он протестующий голос сестры.

– Черт с ним с завтраком! – воскликнул Турецкий. – Вы слышали про курс доллара?

– Что за шум? – сказал, входя в палату, лечащий врач Геннадий Иванович, который совсем недавно вынул пулю из плеча Турецкого. – Доллар долларом, дорогой Александр Борисович, а если вы хотите поскорее выписаться, то нужно быть осторожнее. Огнестрельные ранения не так безобидны, как считают некоторые.

Пришлось повиноваться. Турецкий до сих пор не мог понять, что заставляет его, следователя по особо важным делам, всегда пасовать перед врачами. Ведь в конце концов он сам взрослый, свободный человек. Это же всего лишь врач, а вовсе не представитель какой-то очередной силовой структуры. В том-то и дело, что, будь перед ним мент или комитетчик, Турецкий без всяких сомнений дал бы ему должный отпор.