Ослепительный оскал

За оградой каменные ангелы указывали в небо, святые простирали руки в железном благословении.

Кладбищенская ограда резко оборвалась, и вместо нее возникла железная изгородь, увенчанная остроконечными пиками. За ней виднелась огромная лужайка, возвращенная к первобытному состоянию, а позади нее – ровное поле с железным ангаром с гофрированной крышей и флюгером на краю ее. Я замедлил ход.

Тяжелые стальные ворота были навешены на две каменные тумбы, похожие на обелиски. К одной из них была прикреплена дощечка с надписью «продается».

Я вышел из машины и осмотрел ворота. Они были заперты на цепь и висячий замок. Сквозь щели виднелась прямая подъездная дорога, окаймленная кокосовыми пальмами, а в конце ее – массивный дом, окруженный пристройками. На одной пристройке сверкала покатая стеклянная крыша – это, вероятно, была оранжерея.

На ворота можно было вскарабкаться. Железные листья между прутьями могли послужить опорой для ног и за них удобно было ухватиться.

Я выключил фары и влез на ворота. Спустившись на лужайку, я отошел в сторону от подъездной дороги и стал пробираться через поднимавшуюся до пояса траву и сорняки. Путешественница-луна сопровождала меня по пути к дому.

Дом был построен в стиле испанского ренессанса с добавкой духа инквизиции. Узкие окна, закрытые резными железными решетками, глубоко сидели в широком массивном бетонном фасаде. Освещенное окно на втором этаже образовывало высокий желтый прямоугольник с вертикальными перекладинами.

Мне была видна часть потолка комнаты и смутные тени, плясавшие на нем. Потом тени приблизились к окну и стали более определенными. Я прижался спиной и прикрыл рубашку пиджаком до самой шеи. У основания высокого желтого прямоугольника появилась мужская голова и плечи. На размытом лунным светом лице под спутанными волосами блеснули черные глаза. Они были подняты к небу. Я тоже посмотрел в его темную глубину, где купалась луна и откуда капали звезды, и с удивлением спросил себя, что видел там или что искал стоящий у окна человек.

Он зашевелился. Две бледные руки отделились от его темного силуэта и вцепились в решетку, обрамлявшую его лицо. Он стал раскачиваться из стороны в сторону, и я увидел, как в волосах его мелькнула седая прядь. Его плечи согнулись. Он, казалось, пытался вырвать решетку из бетонных стен.