Молчание затянулось, она скрестила руки на груди.
— Послушай, малыш, у меня есть целая ночь и я могу быть конкретной сукой, если сконцентрируюсь. Так что ты можешь изображать из себя болванчика сколько угодно. Я никуда не уйду, так же как и ты.
Наушник Хекс ожил, и когда вышибала из бара замолчал, она сказала:
— Хорошо, веди его сюда.
Через долю секунды раздался стук в дверь, когда она ответила, вошел ее подчиненный, ведя перед собой рыжего вампира, который передал ребенку пистолет.
— Спасибо, Мак.
— Без проблем, босс. Я возвращаюсь в бар.
Она закрыла дверь и уставилась на рыжего. Он прошел превращение, но не до конца: он вел себя так, как будто не мог приноровиться к своему настоящему размеру.
Он запустил руку во внутренний карман своего блейзера, и она сказала:
— Вытащишь что-либо, кроме своего удостоверения личности, и я лично отправлю тебя на носилки.
Он остановился.
— Это его удостоверение.
— Он свое мне уже показал.
— Но не настоящее, — парень протянул руку.
— Настоящее вот.
Хекс взяла ламинированную карточку и пробежала глазами по буквам на Древнем Языке, что были выписаны под фотографией. Затем взглянула на мальчишку. Он отказывался встречаться с ней глазами, просто сидел, обняв себя руками, выглядя так, будто мечтал раствориться в этом кресле.
— Черт. Мне сказали, что я должен буду и его тоже предъявить, — сказал рыжий. Он передал толстый лист бумаги, который был сложен квадратом и опечатан черным воском. Когда она увидела эмблему, то снова выругалась.
Королевский герб.
Она прочла чертово письмо. Дважды.
— Не возражаешь, если я оставлю его у себя, Рыжий?
— Не возражаю. Пожалуйста.
Свернув бумагу, она спросила:
— Где твое удостоверение?
— Вот.
Еще одна ламинированная карта легла ей в руки.
Она проверила его, отдала обе карты обратно.
— В следующий раз, когда придете сюда, не стойте в очереди. Подойдете к охране и назовете мое имя. Я выйду и проведу вас.
Она взяла пистолет.
— Это твой или его?
— Мой.
Но думаю, пусть лучше он будет у него. Он стрелок лучше, чем я."
"Она вставила обойму обратно и щелкнула прикладом, протянула его молчащему парнишке дулом вниз. Его руки не тряслись, когда он взял его, но вещь выглядела слишком большой для него.
— Не используй его кроме как для самозащиты. Ясно?
Парень кивнул один раз, оторвал от кресла задницу, и опустил пушку в тот карман, из которого она ее достала.
Черт подери. Это был не простой претранс.
