Джейн нервно дернулась, притянутая за ниточки кукловода игрушка. Рэд Сокс протягивал ей инструменты из нержавеющей стали, но она не могла вспомнить, зачем просила их.
— Скобы, — пробормотала она.
— Что? — переспросил Рэд Сокс.
— Я вытащу скобы, — она взяла ножницы и зажимы и брызнула на грудь пациента антибиотик.
Несмотря на то, что ее мозг выделывал непонятные па внутри черепной коробки, она умудрилась вытащить и удалить каждую из двадцати, или около того, металлических скоб, бросая их в мусорную корзину, рядом с кроватью.
Закончив, она смыла капли крови, выступившие из каждого прокола, а затем нанесла на грудь еще антибиотика.
Встретившись с его бриллиантовым взглядом, она знала наверняка, что он не был человеком. В жизни она повидала слишком много внутренних органов, и слишком часто боролась за жизни пациентов, чтобы сейчас думать иначе. Но она не знала, радоваться ей или плакать. И всей человеческой расе.
Как такое возможно? Существование совершенно иного вида с огромным количеством человеческих характеристик? С другой стороны, вероятно, именно это помогло им остаться в тени.
Джейн накрыла его грудь тонким слоем марли, которую затем обернула вокруг. Когда она закончила, пациент поморщился, и его рука, та, что в перчатке, легла на живот.
— Ты в порядке? — спросила Джейн, когда его лицо побледнело.
— Тошнит, — над верхней губой выступил пот.
Она посмотрела на Рэд Сокса.
— Я думаю, тебе лучше уйти.
— Почему?
— Его сейчас стошнит.
— Я в порядке, — пробормотал пациент, закрывая глаза.
Джейн направилась к сумке за уткой, и сказала Рэд Соксу:
— Уходи прямо сейчас. Дай мне его осмотреть. Для этого нам не нужна аудитория.
Чертов демерол. Он снимал боль, но иногда побочные эффекты доставляли немало проблем пациентам.
Рэд Сокс замешкался, пока больной не застонал и не начал вынужденно сглатывать.
— Мм, хорошо. Слушай, прежде чем я уйду, тебе принести, что-нибудь свежее, поесть? Может, ты хочешь что-нибудь особенное?
— Ты шутишь? По-твоему, я должна забыть о похищении и смертельной угрозе, и сделать у тебя заказ?
— Нет причины голодать пока ты здесь.
— Он взял поднос.
Боже, этот его голос… грубый, хриплый голос с Бостонским акцентом.
— Я знаю тебя. Я определенно откуда-то тебя знаю. Сними кепку. Я хочу видеть твое лицо.
Парень взял остывшую еду и пересек комнату.
— Я принесу тебе что-нибудь поесть.
Когда дверь закрылась, и послышался шум запираемого замка, она почувствовала какое-то детское желание подбежать и заколотить по ней.
