Открывашка и пробой

 — Приписное и паспорт тебе отдали?

— Отдали, — подтвердил я.

— На вот, — она вручила мне перечисленное и добавила кожаную папку с молнией. — Документы пусть у тебя будут — учись ответственности, в нашей стране все бумажки важные, неважных чай печатать не станут.

— Спасибо, постараюсь не терять, — упаковав документы в папку, я сразу ощутил себя увереннее — теперь не непонятно кто, а полноценный гражданин!

В аттестате четверки и пятерки. Два дня назад я пять часов подряд решал тесты по всей школьной программе в кучу.

Видимо, результата хватило на вот это. Очень удобный «экстерн» получился. Ладно, с такими оценками на заочное после армии точно возьмут, а значит все хорошо.

— Идем, — бабушка взяла меня за руку и прокомментировала мой «больничный» наряд. — На вахте тебе одежду отдадут — пронести не разрешили. Тапочки я купила. Остальное дома найдется — у меня сын взрослый, после него кое-что осталось, сгодится тебе на первое время.

Походим в обносках, чего уж теперь. Бабушка, похоже, из «божьих одуванчиков», и это гораздо лучше наполненного настоящими беспризорниками детдома.

Мы вышли в увешанный плакатами гражданской обороны (в случае образования пробоя в пространстве немедленно эвакуируйтесь!) коридор, прошлись по нему до лестницы, спустились вниз и попали в фойе — последний раз я видел его, когда меня сюда привезли. Вахтер в виде лысого деда в толстых очках выдал мне бело-розовые полосатые "семейники", белую футболку, синие — не джинсовые, типа-спортивные — штаны и носки. Все чистое и выглаженное.

Бабушка указала на черные резиновые шлёпки — обещанные тапочки. Подхватив все это, я спрятался под лестничным пролетом — тут широкая колонна — и переоделся под ехидное вахтерское «смотри какой, стесняется!». Вахтеру я снятое с себя казенное и отдал.

— Все? — уточнила Зинаида Матвеевна.

— Все! — кивнул я. — Давайте я вашу сумку понесу?

— Такая ноша не тянет, — отмахнулась она.

Обидно — не доверяет что ли?

— Идем, а то на электричку опоздаем, — поторопила она меня и неожиданно бодрым шагом направилась к выходу.

Я пошел за ней и немного залип на крыльце — какое хорошее, пронзительно-синее, безоблачное небо! Как ярко светит давно не виденное солнце! Как приятно чувствовать на лице его лучи и теплый, пахнущий землей, автомобильным выхлопом, теплым асфальтом — словом, городом! — ветерок.

— Засиделся в Центре-то, — догадалась бабушка, взяла меня за руку и потащила к воротам. — Ниче, в деревне надышишься.

— Поселок Липки, — кивнула она.