Открывашка и пробой

 — Зоречка, Буреночка, Рыжулечка, — клички не важны, важна интонация. — Ты чего не со стадом пасешься-то?

К моему удивлению, и, чего уж греха таить — немалому облегчению, корова пофыркала и стала трясти головой и копытами меньше.

— Напугал тебя кто-то нехороший, красавицу такую, — продолжил я. — А коровок пугать нельзя — вы же хорошие, вы молоко даете и теплые.

Мне коровы реально очень нравятся, сам не знаю почему — с детства так было.

— Для кого старается? — тихонько пропел я. — Для меня, для меня, для меня!

Рекламная песенка сработала словно магическое заклинание — остановившись, корова фыркнула, потрясла головой, наклонилась и принялась за прямые коровьи обязанности — жрать траву.

Дедушка доковылял до имущества, похлопал его по шее и направился ко мне:

— Молодец! А ты кто такой?

— У Штырковых живу, Андреем зовут, — ответил я и направился к пятну.

— А меня Карлом звать, Карл Генрихович. Ловко ты Мурку успокоил! — поворачивая голову вслед за мной, выразил он «респект».

Да подожди ты, не до тебя! Достигнув стелы, я протянул руку к пятну и ощутил то, чего не испытывал никогда — появившееся из ниоткуда понимание: этот пробой — мёртв, и я с ним сделать ничего не могу. Жгучее разочарование — облом! — сменилось ликованием: у меня все-таки есть способность! Я вижу следы пробоев! А раз этот четко воспринимается «мертвым», должны найтись его «живые» собратья!

— Мертвых почтить — это правильно, — неверно истолковал дед мои движения.

Ох как ты прав, дедушка! Ликование сменилось страхом — если в лаборатории про такую способность не рассказывали, значит она или только у меня, или очень редкая и секретная. Очень хочется первый вариант — уникальным быть круто. Отыщи я пятно сразу после попадания в этот мир, я бы прыгал от радости, но сейчас мне очень, очень, ОЧЕНЬ страшно — если меня «спалят», из лаборатории живым уже не выберусь.

Так-то «не палиться» несложно — сейчас меня от критической ошибки спасла бесполезность пятна, но, когда я найду рабочее — а я его точно найду, обязан найти! — придется позаботиться о том, чтобы меня никто не видел и не слышал.

Стоп! А если пятна ведут прямиком в жучиный мир? Раз — и нет Андрюши, умер во славу Роя! Про «рой» любили спорить ученые номер два и пять.