Отрок. Перелом

А с чего началось-то? А с того, что Ульяна, душа моя, для меня же самого незаметно, меня на лекарскую стезю подвинула.

Илья еще помолчал некоторое время, девки тоже притихли, кто-то даже растроганно шмыгнул носом. Тишина прерывалась только топотом копыт да поскрипыванием тележных колес. Арина тоже молчала, чувствуя, что Илья еще не закончил свой рассказ.

– Ну и где здесь плоть, девоньки? – продолжил свои наставления Илья. – Впрочем, разговор не о плоти, а о том, что пословица «Муж голова, а жена – шея, куда шея голову повернет, туда она и смотрит» в общем-то верна, кроме одной, но о-очень важной мелочи: не дай бог голове заметить, что ею крутят – по той же шее и получите.

Потому-то и не стоит о том, что я вам тут рассказал, вслух трепаться.

И в конце самом, вдогонку уже, еще одна мысль пришла:

После возвращения в крепость Мишка велел Дмитрию распоряжаться дальше, а сам подъехал к телеге, в которой сидела мать. Анна сразу поняла, что ему не терпится переговорить с ней, причем сын заметно нервничал – так, что его беспокойство даже передавалось коню: Зверь под старшиной Младшей стражи беспокойно перебирал ногами и стриг ушами.

Не хотелось Анне сегодня еще и с Мишаней обсуждать случившееся в Ратном – уж очень сильно устала за день, однако понимала, что придется. Сына на подворье во время скандала не было, да и от церкви во время «циркуса» с Просдокой он уже, кажется, ушел куда-то. А Осьмы и на службе не было – наверняка в лавку или на склад вместе пошли – очень уж внимательно Мишаня вникал в новые погорынские торговые дела.

По дороге в крепость отроки наверняка старшине рассказали о происшествиях, но в каком виде? Что они вообще во всем этом поняли? Скорее всего, переврали да домыслили по-своему – не поймешь, что там на самом деле было.

– После ужина поговорим, – не дожидаясь вопроса, сказала Анна сыну.

Мишка спорить не стал, молча кивнул и отъехал, а Анна тут же пожалела об этом:

От одной лишь мысли, что единственный подходящий для этого человек – Листвяна, Анна сморщилась и припомнила чуть не все бранные слова, которые знала.

Но деваться все равно некуда: Листвяна и баб приструнит (не гляди, что холопка), и Корнею сумеет все в нужном виде преподнести, да и с Лавром найдет способ управиться. Открыто перечить или попрекать не станет, но придумает что-нибудь.

Но сыну тоже надо было что-то и как-то объяснить, а то обязательно полезет сам разбираться.