На леди Вивьен со всех сторон сыпались выражения восторга и поздравления по поводу того, какая у нее «прекрасная дочь». Нельзя сказать, чтобы эти неуемные похвалы были ей по сердцу. Леди Вивьен была слишком тщеславна и не собиралась делить трон первой красавицы Лондона даже с собственной дочерью.
На балу, который леди Дэшли дала в своем дворце на Ланкастер-Гейт, успех, выпавший на долю Моны, был особенно грандиозен. Все признанные красавицы минувших сезонов, по правде говоря, уже изрядно выдохшиеся от бесконечной гонки за пальму первенства, померкли на ее фоне.
Когда Мона, грациозная, словно нимфа, скользила по гостиной, на ум невольно приходило сравнение со сказочной принцессой или героиней древних легенд про золото Рейна. А вечерний туалет из легкого шифона цвета морской волны еще более подчеркивал ее воздушную красоту, выгодно оттеняя смоляные кудри, то и дело вспыхивающие в свете люстр голубыми искорками. В перерыве между танцами Мона улучила минутку, чтобы немного побыть одной, перевести дыхание и отдохнуть от целого роя кавалеров, не отходивших от нее буквально ни на шаг.
Она незаметно выскользнула через балконную дверь на широкую галерею, опоясывающую дом по периметру. Укрывшись в тени, она облокотилась на чугунные перила и стала задумчиво рассматривать открывшийся перед ней вид на Парк-Лейн. Роскошная улица, застроенная фешенебельными особняками и шикарными отелями, в этот поздний час производила какое-то мистическое впечатление. Кованые чугунные ворота заперты и надежно охраняют хозяев дворцов от посторонних.
Ночью все эти дворцы похожи на заколдованные замки, подумала Мона и сама улыбнулась собственным фантазиям. Ей захотелось прогулять вдоль балюстрады. А вдруг и под сенью этого дома прячутся сказочные эльфы, заколдовавшие принцессу? Она невольно прислушалась. Откуда-то издалека донесся легкий звук, похожий на свирель Пана. Или это ей померещилось? Но в такую ночь легко стирается грань между реальностью и вымыслом
Откуда-то сбоку послышался шорох, и Мона даже вздрогнула от неожиданности.
Незаметно для себя она дошла уже почти до самого конца балюстрады. В этом месте крытая галерея почти вплотную соприкасалась с соседним домом. Не более чем в метре от нее на балконе стоял молодой человек. В темноте светлело лицо и белый ворот рубахи, но черты различить было трудно. Кажется, высокий, широкоплечий, одет во что-то темное.
– Итак, красавица Ундина строит воздушные замки, сидя за решеткой в темнице, – негромко обронил молодой человек.
