Отверженная

Карманные деньги закончились, а просить дополнительные деньги у родителей было бы странно, так что я на время заложила свое колье в ломбард и пошла в платную больницу. Конечно, не ту, в которую привел меня Шакалов однажды. Боже упаси!

Наверное, в тот момент мною двигал азарт и странное чувство безысходности, которое медленно возвращало к жизни.

Между тем анализы везде были одинаковыми. Пугающими, нереальными, заставляющими не спать ночами… На утро я плюнула на условности и набрала Ингу. Справляться со всем одной мне надоело, несмотря на то, что Инга являлась одним из организаторов праздника для спонсора вуза и сегодня был день, когда в ее графике негде упасть мухе.

— Крис, некогда говорить! Я только забрала костюмы из театра для небольшой постановки и теперь спускаюсь в метро. У тебя есть две минуты, пока связь не отключится… — весело пробормотала подруга вместо приветствия. В тот момент мне надоело юлить и все скрывать. Расплакавшись в трубку, я шепотом рассказала ей о результатах анализов и, кажется, слышала, как Инга выпустила все костюмы из рук, ошарашенно протянув: — Твою мать… Жду тебя через час в актовом зале университета!

Быстро вскочив с постели, я остановилась около выглаженного и чистого черного платья, заканчивающегося чуть выше колен с красивым V-образным вырезом.

Моя мама всегда мечтала сделать из меня истинную леди и каждое утро вешала на шкаф приготовленное для носки платье. Но раньше я бунтовала и надевала только то, что велит настроение и душа. Сегодня был не тот случай. Моя душа хотела быстрее добраться до вуза, где ждала подруга.

— Стой, а завтракать? — мама поймала меня у самого выхода. Ее удивленный взгляд прошелся по выбранному ею платью, женщина зарделась и смущенно пробормотала: — Дочечка, нужно покушать. Ты и так худах, как палка. Не выпущу!

— Ну, мам, — тяжко вздохнув, я сделала то, что не любила больше всего — соврала. — Мы с Ингой договорились позавтракать вместе. Так что не переживай.

Недовольно замотав головой, женщина бросила короткое: "Жди!", скрылась на кухне и уже спустя минуту вернулась со стопкой бутербродов. Желудок тут же отреагировал сильнейшим спазмом и мне с трудом удалось скрыть рвотный позыв за улыбкой.

— И туфли на каблучке надень! А то ходишь, как монашка… Хочешь, чтобы Владик от тебя сбежал? Вон Инга какая яркая и красивая… — продолжала тарахтеть мама, возвращая в памяти давно забытые слова парня.