Отверженная

После прошлись дорожкой до пупка, оставляя во впадинке свой след. От страха я была напряжена, больше обычно, от чего пресс на живот проявился. Годы тренировок в спортивном зале и на танцевальной площадке дали о себе знать!

И тем не менее, я не противилась ему. Возможно, просто боялась повторения прошлого… Новая боль была не просто нежелательна, а противопоказана по состоянию здоровья. А может дело в странном ощущение, словно сегодня он не настроен навредить мне, а провоцировать конфликт мешал внезапно очнувшийся материнский инстинкт.

— Я говорю не о Владе, Кирилл. У меня чувства к другому человеку. Сильные чувства. Не похожие на те, что я чувствовала к Владу. — беззвучно прошептала я, когда его рука скользну мне в трусики. Шакалов осторожно раздвинул губы и коснулся клитора, медленно изучая его и поглаживая.

— И кто же этот человек? — и интересом спросил Шакалов, и я увидела даже сквозь сумерки, как бровь мужчины метнулась к потолку. Палец между ног ускорился, а я по инерции сжала бедра. Кирилл не дал… Удержал другой, свободной, рукой.

Странное томление скользнуло между ног, оставаясь странным комком желания где-то внизу живота. Соски напряглись, дыхание участилось, а злость на мужчину росла с каждой секундой все больше и больше. Почему у него получается влиять на мое тело? Что за двоякое ощущение?..

Я могла бы саморучно толкнуть его в чан с кипящей водой и тем не менее жаждала какой-то разрядки, способной выпустить часть черноты в душе. Одна мысль про секс заполнила все сознание!

— Говори, Черничка! — более не терпеливо рыкнул он, затем сжал шею и заставил повернуться к нему.

— Я все равно хочу не тебя. И всегда буду хотеть не тебя! — словно маленький, беззащитный ребенок, выкрикнула я ему в ответ и закусила губу, чтобы Шакалов никогда не узнал о том, что чувствует тело.

— Но трогать тебя буду только я. — ядовито, мертво протянул он, а затем рванул трусики, оставляя от них лишь кусочки бесформенной ткани.

Странное предвкушение томно разлилось по телу и я, против воли, жадно следила за тем, как мужчина нетерпеливо сбрасывает с себя одежду. Пьяное, безумно пьяное сознание хотело животного секса так сильно, как будто я не ела десять лет, а теперь смотрела на сочный бифштекс.

Часть здравомыслия вернул сам Кирилл, гортанно рассмеявшись.