Ожерелье из разбитых сердец

Мастоцкий, похоже, не сразу понял, что произошло. Он даже не мог меня обнять. Я вынуждена была повернуться к Плещееву и сказать:

Лицо его сделалось страшно. Мне показалось, что он действительно сможет поджечь нас с Кириллом или вызвонить по телефону какую-нибудь группу захвата «Альфа», чтобы выдать нас за пойманных с поличным террористов. Уж мамаша ему поможет...

«Альфу» Феликс не вызвал. Он смерил нас своим жутким взглядом и вышел за дверь, чуть не снеся ее с петель. Я стояла спиной к замершему Мастоцкому и смотрела вслед Феликсу.

– Тоня... ты, случаем, не ошиблась в выборе? – донесся из-за спины голос Кирилла.

Я медленно обернулась. Мастоцкий с бешеной скоростью крутил в руках зажигалку и смотрел на меня очень строго, с вызовом. Я видела: он готов еще раз предложить мне как следует подумать. Мне же больше не надо было думать. Я все решила. Рванулась к нему, но он отстранился. Впервые.

– Что случилось, Кира? – вынуждена была спросить я.

– Ты ведь меня не любишь, – сказал он. – К чему такие жертвы?

– С чего ты взял, что это жертва?

– Я видел, как ты на него смотрела.

– Хорош врать! Ты был за моей спиной, когда я на него смотрела!

Ага! Он уже сказал это гораздо мягче. Начинает сдаваться... Я даже не думала, что смогу так обрадоваться этому. Я сделала еще один шаг к Кириллу. Отступать ему было некуда. За спиной стоял старинный буфет, в который он и шарахнулся спиной.

– Немедленно бери меня замуж! – заявила я.

– А то что? – спросил он и даже улыбнулся уголками губ.

– Ничего, Кира... Я даже и невенчанная никуда больше от тебя не денусь...

Он молчал и смотрел таким взглядом, который никогда не смог бы подарить мне Феликс. Мастоцкий любил меня... Как же он любил... Просто... без всяких заморочек... Он никогда не смог бы мне угрожать... принуждать... Он всегда отходил в сторону, если было надо, он всегда приходил на помощь... Он... все, что хочешь, для меня...

Сразу скажу, мы еще долго стояли в молчании и смотрели друг на друга, и эти взгляды говорили больше, чем смогли бы слова.

Газеты писали, что особняк Надежды Валентиновны Плещеевой в поселке Завидово сгорел, скорее всего, от воспламенения, происшедшего в результате короткого замыкания. На пожарище были обнаружены три сильно обгоревших трупа: хозяйки дома, ее сына Феликса Сергеевича Плещеева и домработницы Лидии Тендряковой.