Но когда нам позвонили… я услышала лишь то, что его попытались похитить и что с этим как-то связана врач. За два часа пути до дома, я едва не сошла с ума… Мне действительно жаль.
— Знаешь, куда можешь засунуть своё «жаль»?! — завелась я, добитая осознанием того, что, по ходу дела, Карина знала куда больше моего о Нечаеве, которого я столько лет считала СВОИМ мужем.
— Знаю, — легко согласилась она. — И знаю, что не простишь. Да и я не то чтобы этого хочу… Просто так от лжи устала за все эти годы. Да и неважно всё. Для меня только Егор имеет значение, а всё остальное… — она махнула рукой.
Зато я продолжала полыхать, задетая этим её «неважно». Может быть, для неё и не важно, но это моя жизнь пошла прахом, а в центре произошедшего апокалипсиса как раз стояла Карина.
— Что ж ты раньше его здоровьем не озаботилась? У тетрады Фалло признаки же едва ли не с рождения прослеживаются. Тоже мне, мать нашлась!
— Если ты врач и знаешь, на что смотреть, то да… — терпеливо пояснила она, хотя я видела, что мои слова попали в цель.
— Тогда… в какой вы глуши сидели, что там не смогли заметить очевидного?!"
"— В такой… После того, как Илья… вычеркнул меня из своей жизни, у меня не осталось ничего… а жить нужно было дальше. Он предлагал деньги, но я не взяла. А вернуться к родителям… Короче, это был не вариант. Нужно было что-то думать, да ещё я поняла, что беременна, а у меня ни работы, ни денег… Подруга вовремя предложила поехать по контракту на Чукотку. Там зарплаты огромные, да и жильё на первое время давали.
И я решила, что терять мне уже нечего. Поэтому Егорка родился на краю света… ну а как там с врачами — сама понимаешь.
— Подожди, получается, что Илья ничего не знал о твоей беременности?
— Не знал. Я не сказала. Он мне тогда чётко дал понять, что у него есть Нина и это… главное. Спорить я не стала. Но если бы я только знала, что у Егора будет такой диагноз, то, можешь мне поверить, я бы сделала всё… всё, что было бы в моих силах.
Наши взгляды опять скрестились, аки шпаги, мне даже почудился скрежет металла.
— Когда нам, наконец-то, диагностировали порок сердца, я сразу же привезла Егора на континент. Но многое было упущено. И я честно старалась вылечить его своими силами… но мои возможности никогда не сравняться с тем, что может Нечаев, даже если я вывернусь наизнанку.
— И как, помогло?
— Илья многое сделал и делает для сына. Но даже он не всесилен.
— Подожди, но ведь современная медицина не ограничивается нашей страной, — во мне таки проснулся врач.
