Было видно, как ребенку не по себе от вида моих рук, и я хотела их спрятать подальше, но она не дала. Она закрыла глаза и, положив мои руки себе на колени, накрыла их своими ладонями. Я, если честно, не понимала, что она делает, но не мешала. Между руками Сабрины и моими образовался какой-то неясный свет, который щекотал кожу рук. Я пораженно смотрела на то, что делала Сабрина.
Когда свечение прекратилось, сестра открыла глаза и посмотрела на меня. Я во все глаза смотрела на девочку, так как мои руки были практически как до травмы.
Да, на них были свежие шрамы и рубцы, но словно я получила травму как минимум полгода назад, а не накануне. Я не могла поверить тому, что видела, и радостная обняла Сабрину. Но новая седая прядь, что обозначила детскую голову, привлекала мое внимание. Ее точно там не было пару минут назад, до того момента, как она решила мне вылечить руки.
— И давно ты так умеешь? — я схватила ребенка и заглянула в лицо.
— Нет, это случайно получилось, — девочка словно стеснялась своего дара.
— Ты не помнишь, это было до того случая с телегой старьевщика. Я принесла домой воробья. У него было перебито крыло. Я назвала его Чирика, потому что обратила внимание на него в канаве из-за громкого чириканья, — рассказывала девочка. — Ты сказала, что он умрет, а Урсула выгнала меня из кухни, чтоб я дохлятину всякую не таскала. Я ушла в беседку во внутреннем дворе и там гладила Чирику по крылу, молилась, чтобы он поправился. У него ведь есть семья, и он должен ее кормить.
А потом руки засветились, и Чирика улетел. Это видела Урсула, потому что она подскочила ко мне и схватила за руки, рассматривала их, — объяснила мне девочка.
— Сабрина, послушай меня, — я наклонилась к девочке и пристально смотрела в ее лицо. — Прошу тебя, никогда не применяй этот дар. Умоляю, — я расплакалась и прижала к себе ребенка. Вот откуда Урсула узнала о способностях Сабрины. Она просто ждала, когда будет гроза, и с помощью природного электричества хотела усилить дар Сабрины.
Именно поэтому у малышки появились седые пряди, так как она отдавала часть своих сил и способностей при лечении. Конечно, при лечении воробья этого не произошло, но она совсем малышка и не понимает, что делает. В какой-то момент, если она будет злоупотреблять своим даром, она просто сгорит. И тут я вспомнила про мать девочек. А не произошло ли это и с ней? Ради кого она пожертвовала своей жизнью?
Все эти вопросы роились в голове, пока я прижимала к себе ребенка.
