Пепел на обелиске

— Когда я должен буду прибыть на ваш крейсер, офицер? — осторожно уточнил он.

— О времени старта вам сообщат дополнительно. Но, думаю, лететь на крейсер вам нет необходимости. Шаттл заберет вас прямо с борта линкора. Заодно, у вас будет возможность проверить, все ли нужное вы взяли.

— Хорошо. Так, действительно даже проще, — быстро обдумав предложение, кивнул верховный.

— Так я смогу увидеться с вашим приемником?

— В этом нет необходимости, — небрежно отмахнулся техножрец. — Он явится на ближайшую передачу рабов и там чиновники смогут сами договориться с ним о дальнейшей встрече.

— Вы обещаете? — спросил собеседник так, словно не поверил своим ушам.

— Слово чести, офицер, — кивнул верховный.

— Благодарю. Тогда, до связи, — закончил разговор человек, и монитор погас.

Верховный сдернул с головы гарнитуру и не глядя, протянул ее связисту. Аккуратно забрав прибор, молодой ксенос не удержался и, чуть коснувшись когтем рукава хламиды техножреца, тихо спросил:

— Верховный, неужели у расы не было ни одного шанса избежать позора?

— О каком позоре ты говоришь? — не понял верховный.

— Мы, ксеносы, вынуждены принимать условия мягкотелых. Разве это не позор?

— Люди выдвинули только одно условие. Отдать им рабов. Разве ксеносы не поступили бы так же, окажись наши боеособи в плену? — устало ответил техножрец.

— Наверно, — подумав, кивнул офицер.

— Так в чем же тогда позор? На мой взгляд, это удачный обмен. Люди сделали и устанавливают на наши корабли более мощные двигатели и накопители, а мы, возвращаем им их же рабов.

Но самое главное, нам удалось таким образом избежать войны на уничтожение. Ведь начни мы войну, и сражаться ксеносам пришлось бы сразу против двух противников. Против людей, и против иных. К сожалению, и в том, и в другом случае, мы проигрываем по своей технической оснащенности. Или ты не видел, что случилось с нашими кораблями?

— Видел, — мрачно кивнул связист. — Но я все равно не понимаю, почему мы вынуждены принимать их условия так безропотно.

— А кто сказал, что мы выполняем все их условия?

— Я слышал, как смел, этот мягкотелый, разговаривать с вами.

— Он не проявлял должной почтительности.

— Ты не понимаешь главного. Для людей, мы не являемся теми, кем являемся для ксеносов. Им все равно, что я верховный техножрец линкора и личный советник командующего пограничным флотом Ксены. Им это ни о чем не говорит. Но при этом, он был вежлив со мной, как был бы вежлив с равным себе. У людей, все не так, как привыкли видеть мы.